---

Читайте все версии стихотворения «Двуглавый ангел поэма дороги», автор которого © Валерий Клячин.

---

Пролог к стихотворению «Двуглавый ангел поэма дороги».

---

Дорогие читатели! Мы Вас очень любим и приглашаем окунуться в мир поэзии, который открывает для нас автор Валерий Клячин, и подарить себе несколько мгновений истинного вдохновения. Сегодня мы хотим поделиться с вами стихотворением «Двуглавый ангел поэма дороги», которое способно пробудить в душе самые разные эмоции — от светлой грусти до искренней радости. Поэзия — это не просто набор слов, это целая вселенная, где каждый может найти что-то своё, близкое и понятное. Поэзия — это язык, на котором говорят наши сердца. Она способна передать тончайшие оттенки чувств, которые порой невозможно выразить словами. В её строках можно найти отражение своих переживаний, мечтаний и надежд. Поэзия — это мост между внутренним миром человека и внешним миром, где каждое слово звучит как мелодия, а каждая рифма — как гармония. Стихотворение «Двуглавый ангел поэма дороги» откроет перед вами новые горизонты, подарит новые эмоции и мысли. Возможно, оно заставит вас взглянуть на привычные вещи под другим углом или просто подарит минутку умиротворения и покоя. Не упустите возможность погрузиться в мир слов и образов, почувствовать их силу и красоту. Читайте, размышляйте, наслаждайтесь — и пусть это стихотворение станет для вас источником вдохновения и новых открытий. С уважением, Андрей Яцук.

---

Оригинальная версия текста стихотворения «Двуглавый ангел поэма дороги».

---

ПРОЛОГ НА БЕРЕГУ ВОЛГИ
© Валерий Клячин.
Из самого сердца печальной отчизны моей,
Из гущи лесов, из просторов степей, из болот
Ты черпаешь силу, и каждый убогий ручей
С тобою становится валом безудержных вод.
© Валерий Клячин.
И я, словно тот безымянный лесной ручеёк,
Теку по зловонным болотам и спящим холмам,
Чтоб в твой, моя скорбная Русь, превратиться приток
И вместе с тобой возродиться на горе врагам.
© Валерий Клячин.
Когда-то судьба насмеялась до слёз надо мной,
Направив стезю моей жизни в чужие края,
Где солнце всходило, как тать, за моею спиной,
Толкая к закатам в солёных гольфстримских морях.
© Валерий Клячин.
Годами не видя ни Волги, ни русских полей,
Ни Бога в полночных мерцаньях церковных лампад,
Лишь крыльями к ним направляющих путь журавлей
Я тешил средь диких штормов свой скучающий взгляд.
© Валерий Клячин.
История блудного сына известна, и я
Вернулся таким же унылым к своим берегам,
И так же меня не презрела родная земля,
Поверив моим безутешным сыновним слезам.
© Валерий Клячин.
Но долго не мог я сознать, почему она так
Покорно-печальна в красе богоданной своей,
А Волга, как схимница, вся в православных крестах,
От холмов Валдая до диких каспийских степей.
© Валерий Клячин.
Я думал, России невмочь уже стало держать
В единой упряжке её быстроногих коней,
Река же в глаз моих стала похожа на мать,
Уставшую ждать позабывших о ней сыновей.
© Валерий Клячин.
Казалось, вздыхает глубоко-протяжно она
О том, что ни Обь, ни Иртыш, ни старик Енисей
Не верят, не помнят, не знают, какая страна
Вдохнула в них жизнь по велению русских царей.
© Валерий Клячин.
Казалось, и вся распростёртая к солнцу земля
От Камы до сопок Манчжурии погружена
В холодный туман, как упрямый бушприт корабля,
Плывущего в ночь по тревожным мальчишеским снам.
© Валерий Клячин.
И в этом тумане мне мнились седые леса,
Угрюмые реки и гор необъятная ширь…
Однако чужими мне виделись те небеса,
Под коими, словно в берлоге, дремала Сибирь.
© Валерий Клячин.
Подолгу стоял я на волжском утёсе в тоске,
И с горечью думал о вдовьей судьбине Руси,
А грустные волны на сером усталом песке
Тянули бурлацкую песнь про крутой баргузин.
© Валерий Клячин.
В той песне всё чаще и чаще мне слышался зов
Байкальского ветра к душе одичалой моей
Порушить заклёпы гнилых европейских оков
И вольным бродягою стать до скончания дней.
© Валерий Клячин.
Господь ли услышал мой тихий молитвенный стон,
Иль Матушка-Волга волной подхлестнула меня –
Внезапно был прерван мой непрерываемый сон,
Я и оседлал приунывшего в стойле коня.
© Валерий Клячин.
И вот уж дорога меня заключает в кольцо
Своих опьяняющих несовместимостью рук,
А ветры России горстями бросают в лицо
Студёные слёзы стремительных встреч и разлук.
© Валерий Клячин.
И вот уж я вижу сквозь них проступающий лик
Подобного солнцу в тягучем плену облаков,
Двуглавого ангела страждущей русской земли,
Глядящего в душу мою из минувших веков.
© Валерий Клячин.
НЕВОЗВРАТНАЯ ДОРОГА
© Валерий Клячин.
Я знал, что любая дорога имеет начало,
И где-нибудь - близко, далёко ли - есть у неё
Конечный предел. Но Россия пределов не знала,
И жалким явилось мне гордое знанье моё.
© Валерий Клячин.
Лишь только мой конь (а для нынешней жизни – машина)
Нащупал за Волгой к Уралу проложенный путь,
Я понял, что вся-то заволжская наша равнина -
Большая дорога, с какой невозможно свернуть.
© Валерий Клячин.
С неё невозможно вернуться обратно на запад,
Откуда мой пращур с надеждой взирал на восход,
Вдыхая пьянящий, на воле настоянный запах
Дремучих лесов, густотравных полей и болот.
© Валерий Клячин.
И я не успел, не хотел и не мог оглянуться,
Как будто Господь из Содома меня выводил,
Как будто бежал из тюрьмы я, устроенной в лучшей
Из Божьих церквей, окружённой крестами могил.
© Валерий Клячин.
Конечно, мне это всего лишь казалось. Москву я,
И Суздаль, и Нижний, и Тверь, и Калугу, и Плёс
Любил, и всю жизнь, по Руси Православной тоскуя,
О доле её не умел и помыслить без слёз.
© Валерий Клячин.
Однако дорога… От Волги до Вятки и Камы
Она, как капустный рассол, отрезвляла мой ум,
И с каждой верстой, чертыхаясь на кочках и в ямах,
Я был вовлекаем в пучину безрадостных дум.
© Валерий Клячин.
Чем ближе дорога меня подводила к похожим
На призрачный остров среди океана горам,
Тем более душу мою принимался тревожить
Объявший Великую Русь блудодейственный срам.
© Валерий Клячин.
Я думал: на что ей сдалась эта шлюха Европа,
В которой и правда, и вера, и мудрость, и честь
Давно уже сгинили под илом «второго Потопа»,
А мерзких грехов, как опарышей в трупе, не счесть?
© Валерий Клячин.
Зачем она с видом сбежавшей из дома собаки
Пред каждым ханыгой виляет поджатым хвостом,
Тогда как кормилец её в безсознательном страхе
Впускает воров в свой просторный наследственный дом?..
© Валерий Клячин.
Я злился и плакал, с уныньем давя на педали
И видя уставших от вечной тоски мужиков,
Покуда мой взгляд не упёрся в безкрайние дали
Сибирской земли за порогом уральских хребтов.
© Валерий Клячин.
И вправду, Урал мне примнился таким же порогом,
Как школьный, с какого видны лишь намётки судьбы,
Но в плотном тумане её утопает дорога,
В которой ещё не торчат верстовые столбы.
© Валерий Клячин.
И так же, как школу, учившую многие годы
Нас правде и чести под оком безчестных властей,
Мы вмиг забываем, почувствовав ветер свободы, -
Я скоро забыл о стране за спиною моей.
© Валерий Клячин.
Лишь тихо хрипящие в пыльных динамиках стоны
Бездарных кастратов смердящей гламуром Москвы
Порой нагоняли тоску на роскошные кроны
Сибирских берёз и цветущий тюменский ковыль.
© Валерий Клячин.
Лишь искры заката из зеркала заднего вида
В безумном стремленье навеки меня ослепить
Подчас вызывали в душе моей грусть и обиду,
Но чаще – желанье прикрыть столь навязчивый вид.
© Валерий Клячин.
Прикрыть и ускорить мою лобовую атаку
На хмуро следящий за мною сибирский простор,
В который влетал я, как тот, без упрёка и страха
Кочующий витязь, лишь вдаль устремляющий взор.
© Валерий Клячин.
ТУМАНЫ
© Валерий Клячин.
Однако Сибирь, как девица на первом свиданье,
Не сразу дала мне своей насладиться красой,
Пленяя меня неизбывной тоской ожиданья,
Туманя мой взгляд неуместной скупою слезой.
© Валерий Клячин.
Сквозь эту слезу проступали порой очертанья
Укутанных призрачной мглой одиноких берёз,
В явленьях которых как будто сквозило желанье
Направить мой путь под туманный дорожный откос.
© Валерий Клячин.
То вдруг восставали на месте привычных обочин
Громады похожих на орды Кучума лесов,
И слышался топот копыт из сгустившейся ночи,
И страшен был вой оглушавших мотор голосов.
© Валерий Клячин.
Сама же дорога казалась такой же недолгой,
Как мутные взоры её освещающих фар,
Навстречу которым катился без смысла и толку
Лишённый лучей и сияния солнечный шар.
© Валерий Клячин.
Пожалуй, когда бы над всей этой сонною жутью
Не виделся мне голубой, как мечта, небосвод –
В безрадостном, горьком унынье прервался бы путь мой,
И я никогда б не увидел сибирских красот.
© Валерий Клячин.
Уже и стучали в висках моих мрачные думы
О том, что не зря мой народ не бежит за Урал,
Хоть новые баре его пострашнее Кучума,
И кровью пропитан их сытый звериный оскал.
© Валерий Клячин.
Казалось бы, здесь, в глубине этих вольных просторов,
Вдали от лукавых и хищных усмешек Кремля,
Верней защититься от хама, убийцы и вора,
Обрекшего тлену приволжские наши поля.
© Валерий Клячин.
Казалось, в таёжных чащобах надёжней опора
Для силушки русской, какую в приокских лесах
Уже не собрать и не скрыть от сверлящего взора
Лубянских ищеек с картавой струной в голосах.
© Валерий Клячин.
«Но кто же решится в такой неприветливой хмари,
Какая столь неотвратимо объяла меня,
Не видя терзающих русскую вотчину тварей,
Не видеть и проблесков нового, светлого дня?
© Валерий Клячин.
Кому же такое смурное видение счастья
Придётся по нраву и будет желанным всю жизнь,
А столь очевидно безпечное Божье участье
Воспримет как благословение чуткий мужик?.. »
© Валерий Клячин.
Так думал я, глядя кругом и не видя причины
К тому, чтобы выйти неправым в сомненьях моих:
Всё те же туманы клубились пред самой машиной,
Все так же дорога тонула, как в проруби, в них.
© Валерий Клячин.
И вдруг… То ли страх разомкнул мои хмурые веки,
А может, кольнула их болью всё та же слеза –
Лишь только решил я проститься с Сибирью навеки,
Как тут же мой взгляд притянули к себе небеса.
© Валерий Клячин.
И тотчас туман, как застигнутый в храме грабитель,
Упал на колени и стал доставать из мешков
Всё то, что веками скрывала святая обитель
От глаз посещавших её без любви ходоков.
© Валерий Клячин.
Из смутной дали выплывали то редкие рощи,
То непроходимые чащи кудрявых берёз,
То вдруг открывались, как в церкви нетленные мощи,
Стога, знаменуя богатый и сочный покос.
© Валерий Клячин.
А то подступали к дороге, как будто встречая
Меня хлебом-солью, пригорки, луга и поля
В накидках из нежно-лиловых цветов иван-чая,
В сапожках из тёплых и мягких пучков ковыля.
© Валерий Клячин.
Высоко над ними синело сибирское небо,
И сладко спала под ваулью туманов земля…
И скоро я понял, что ей не единым лишь хлебом
Завещано Богом питать нас до Судного дня.
© Валерий Клячин.
Она обретала в глазах моих образ иконы,
В которой был явлен весь путь Православной Руси,
На всём протяженье его проходящий под сонным
Покровом туманов, сверкающих в каплях росы.
© Валерий Клячин.
Казалось бы, путь тот невзрачен, уныл и безцелен,
И может быть прерван внезапным набегом врагов,
Но кто без лукавства России и Господу верен,
Избавлен он жутких, навеянных бесами снов.
© Валерий Клячин.
Какие там бесы, когда над дорогой сияет
Лазурный простор распростёртых до Рая небес!
Какие там сны, если нет ни конца и ни края
У явленных Богом в пейзажах Сибири чудес!
© Валерий Клячин.
На всей осветлённой слоями туманов дороге,
От пен Иртыша до сбежавшей с Алтая Оби,
И дальше – в саянских долинах и горных отрогах
Я видел знаменья великой Господней любви.
© Валерий Клячин.
Я чувствовал тот чудодейственный воздух свободы,
Какого уже не вдохнёшь на исконной земле
Опять повернувшего взгляд свой на запад народа,
Чей путь утопает в тлетворной кладбищенской мгле.
© Валерий Клячин.
Но думать об этом сейчас не хотел я, мечтая
Свернуть ненадолго с Сибирского тракта на юг,
К степям и предгорьям желанного сердцу Алтая,
Где ждал меня старый, надёжный и преданный друг.
© Валерий Клячин.
НА ТРОПАХ АЛТАЯ
© Валерий Клячин.
По тропам Алтая ходить – не гулять по Ордынке.
На тропах Алтая такие услышишь слова,
Что все наши слёзы – не слёзы, а просто слезинки,
А страхи – не страхи, а сказки в канун Рождества.
© Валерий Клячин.
Ещё в пробудившемся Бийске меня оглушила
Молитва, в которой, как в шёпоте поздней листвы,
Звучало тревожное: «Господи, ты нас помилуй…»,
С отчаянным ропотом: «…и защити от москвы»*.
© Валерий Клячин.
А скоро я вышел на берег нахмуренной Бии,
Какая с тревожной Катунью вела разговор
О том, что Россию в Сибири ещё не убили,
Хотя и ползут к ней от Волги разор и позор.
© Валерий Клячин.
Грозны и напористы были те бийские воды,
Глубоко дышали они меж своих берегов,
Напившись из глаз Алтын-Кёля** студёной свободы,
Вглядевшись в косматые гривы его облаков.
© Валерий Клячин.
Вот тут и узнал я… Мне Бия сама рассказала
Про ту нестерпимую и неизжитую боль,
С какою рассталась когда-то с суровым Байкалом
Бежавшая в Горный Алтай его дочь Алтынкёль.
© Валерий Клячин.
Её он хотел повенчать с нелюбимым, а прежде
Держал взаперти свою старшую дочь – Ангару,
Пока не умчалась она к Енисею в надежде,
Что мудрый отец пожалеет меньшую сестру.
© Валерий Клячин.
Я слушал, и вдруг ужаснулся непрошенной мысли
О том, что легенды о реках Сибири таят
Намёк на великие беды, какие нависли
Над родиной нашей сейчас и столетья назад.
© Валерий Клячин.
Не так же ль она то в себе, как Байкал, замыкалась,
То счастья искала вдали от своих родников?
И вот уж опять остаётся лишь самая малость
До дня ликованья её соблазнивших врагов.
© Валерий Клячин.
Однако – подумалось мне – Ангаре с Алтынкёлью
Хватило ума сохранить прирождённую связь
Со славным отцом, а любовь к непокорству и воле
Объяла сибирские реки в единую масть.
© Валерий Клячин.
И верно, как Бия неслась предо мной, вырываясь
Из недр Алтын-Кёля, под стать вороного коня,
Такой же была и Катунь, устремляясь с Алтая
Вдоль Чуйского тракта и не замечая меня.
© Валерий Клячин.
А Обь с Енисеем несли по таёжным просторам
Всё ту же байкальскую воду, которую пьёт
С рожденья до смерти бросающий хмурые взоры
В московские земли упрямый сибирский народ…
© Валерий Клячин.
По тропам Алтая нельзя обойти стороною
То место, в котором Сибирь родила Шукшина,
Откуда однажды промчалась над спящей страною
И раненой птицей влетела к нам в души вина.
© Валерий Клячин.
Её осознать нам ещё и сейчас не по силам,
Но сила народа в раскатах Катуни гудёт,
И едет, бредёт, прилетает на сломанных крылах
К катуньскому берегу жаждущий силы народ.
© Валерий Клячин.
Сама же река в безудержном и грозном теченье
Страшна и похожа на ту богатырскую рать,
Какую скликает Христос во своё ополченье,
Чтоб яростный бой сатанинскому воинству дать.
© Валерий Клячин.
Чем дальше я ехал по Чуйскому тракту на Чую,
Тем громче ревела Катунь под дорогой моей,
А в Майме, у волн её в зыбкой палатке ночуя,
Я слушал упрямое ржанье всё тех же коней.
© Валерий Клячин.
И видел при свете луны над вершинами спящих
В небесных объятиях гор, как во тьме предо мной
По камням Катуни скакали в кольчугах блестящих
Бессмертные души вступающих в праведный бой.
© Валерий Клячин.
Все те, кто когда-то мечом очищал от безбожных
Кочующих полчищ сибирскую землю, и те,
Кто чаял свободы Руси в частоколах острожных,
И те, кто за веру страдал, как Господь, на кресте,
© Валерий Клячин.
И давшие жёсткий отпор немчуре под Москвою,
И вскрывшие недра Сибири для блага страны,
И те, кто с народом был связан такою судьбою,
Что словом громил перепуганных слуг сатаны, -
© Валерий Клячин.
Все дети Сибири, спасавшие нашу отчизну
В минувших веках, пронеслись вместе с пенной рекой
Пред взором моим. Но Катунь уж готовила тризну
По новым героям Последней Войны Мировой.
© Валерий Клячин.
Я видел их список. И в пышных садах Барнаула,
И в Новосибирске над Обью у сумрачной ГЭС,
И всюду, куда бы дорога моя ни свернула,
Я видел их список на фоне сибирских небес.
© Валерий Клячин.
Однако, читая его по дороге к Байкалу
И чувствуя, как разрывается в клочья душа,
Я помнил, что Волга такой же мне список писала,
Когда я тугим её ветром под Решмой дышал.
© Валерий Клячин.
Прощаясь с Алтаем в унылых горах Салаира,
Я видел такой же, как в болдинской дымке, пейзаж,
И так же мне сердце, стуча и щемя, говорило,
Что здесь ещё Ангел-Хранитель единственный наш.
© Валерий Клячин.
___________________________________________________
© Валерий Клячин.
* - из стихотворения проживающего в Бийске поэта Сергея Филатова;
© Валерий Клячин.
** - Алтын-Кёль (Алтынкуль, Телецкое, Золотое) – озеро в Горном Алтае, связанное (по легенде) подводным течением с Байкалом; из него вытекает река Бия, образующая после слияния с Катунью Обь.
© Валерий Клячин.
БАЙКАЛЬСКИЙ ЛИК
© Валерий Клячин.
Байкальские ветры меня захлестнули задолго
До встречи с державным владыкой сибирской земли.
Ещё подбегали ко мне города и посёлки,
Деревни и автозаправки в дорожной пыли.
© Валерий Клячин.
Ещё я смотрел на леса и озёра Кузбасса,
Ещё удивлялся тому, как богат Енисей
Тайгой на его берегах, обступающей трассу,
Как море – корабль, неуверенный в цели своей.
© Валерий Клячин.
Ещё я не смыл с себя запах свирепой Катуни
И видел на небе улыбки алтайских друзей,
И был оглушён голосами нежданных раздумий, -
А ветры Байкала уж выли в машине моей.
© Валерий Клячин.
И чувствовал я, как волнуется грудь предвкушеньем
Сбывавшейся встречи с моею заветной мечтой,
Которой я ждал столько лет с терпеливым смиреньем,
Которая даже и в снах пребывала со мной.
© Валерий Клячин.
И вот, наконец-то, ангарские светлые струи
Блеснули в окошках прибрежных иркутских домов,
И скоро я мчался, желанную близость почуя,
К ожившим виденьям моих восхитительных снов.
© Валерий Клячин.
Сначала Байкал меня встретил как блудного сына,
С холодной усмешкой глядя на одёжку мою,
И делая вид, что не видит, какие седины
Добыл я себе в непрестанном духовном бою.
© Валерий Клячин.
Конечно, кем был для него я? Всего лишь
Заезжим туристом, каких на Листвянке не счесть?
Московским писакой, забредшим сюда поневоле
С надеждой, что Муза особенно ласкова здесь?
© Валерий Клячин.
А может быть, просто былым ходоком за туманом,
Каких уже не сыщешь в таёжных сибирских краях,
Ему я казался, и он, опасаясь обмана,
Крутою волною внушал мне мистический страх.
© Валерий Клячин.
Немало морей довелось повидать мне когда-то,
С самим океаном я вёл разговоры на «ты»,
Однако Байкал был не только водою богатым,
И не было дела ему до его красоты.
© Валерий Клячин.
Он словно спустился, как Ангел, на грешную землю
И был молчалив и угрюм, только взоры его,
Людской суеты и пустой болтовни не приемля,
То меркли, как будто не видя вокруг ничего,
© Валерий Клячин.
То вдруг озарялись каким-то нездешним сияньем,
Меняя и цвет, и прозрачность трепещущих волн,
А мощные крылья чуть видимым их колыханьем
Рождали внезапные ветры, и бури, и шторм.
© Валерий Клячин.
Когда же дерзнул я войти в его жгучие воды,
Он крепко меня своей жёсткою дланью объял,
И страшно мне стало во власти столь жуткой свободы,
Какою в морях обладал лишь девятый их вал.
© Валерий Клячин.
Но тут же я понял, что мудрый Байкал не для смеха
Пугает меня, проявляя холодную страсть,
А хочет сказать, что в руках своих держит от века
Над всею Сибирью никем не рушимую власть.
© Валерий Клячин.
Над всею Сибирью гудят его крепкие ветры,
С заснеженных гор и до льдов океана текут
Сквозь тысячу тысяч суровых земных километров
Сибирские реки, какие рождаются тут –
© Валерий Клячин.
В байкальской груди, под всевидящим Божеским оком,
В тени молчаливых, но дышащих громом Саян,
В которых Россия издревле с безбожным востоком
Ведёт далеко не слащавый любовный роман.
© Валерий Клячин.
Поехав от моря в нерусские горы к Аршану,
И грустно вздыхая о том, что не хочет Байкал
Лечить мою давнюю душу изъевшую рану,
В широкой долине я бурный Иркут повстречал.
© Валерий Клячин.
Среди берегов, разомлевших в тоскливом покое,
Он нёсся точь-в-точь как с Алтая смурная Катунь,
И здесь от него я внезапно услышал такое,
Что вмиг оглушил меня звон его трепетных струн.
© Валерий Клячин.
Как будто услышал шаманский я стон из дацана
У сонных подножий укутанных в облаки гор,
И снова заныла моя обнажённая рана,
И снова я полон был силы начать разговор
© Валерий Клячин.
С суровым владыкой тревожных сибирских просторов,
На встречу с которым так долго я с Волги рулил,
Что он мне казался уже не владыкой, а вором,
Лишающим землю России оставшихся сил.
© Валерий Клячин.
Я мчался обратно по горной покатой дороге
И думал о сказанном мне в тишине Иркутом,
Нашедшим в его бессознательной мрачной тревоге
Свой путь к океану, минуя родительский дом.
© Валерий Клячин.
Он тёк в Ангару, убегая от сонного ада
Чужой и враждебной Христу и России страны.
Но значит, Байкалу досталось на долю преградой
Стоять на пути у тибетских армад сатаны.
© Валерий Клячин.
Стоять, как стоит Петербург у балтийской границы
Святой нашей Родины, думал я, видя вдали,
Сквозь дымку туманов, над Русью светящие лица
Могучего Ангела нашей единой земли…
© Валерий Клячин.
На крыльях заката я снова примчался к Байкалу,
И он в этот раз был приветлив и нежен ко мне.
Чуть слышно волна на камнях его что-то шептала,
А горы спокойно дремали, скрываясь во мгле.
© Валерий Клячин.
Байкал засыпал, как Петрополь, смиривший стихию,
Однако не всадник скакал над зеркальной водой,
А перья лучей, выметающих тьму из России,
Дарили глазам моим чаемый ими покой.
© Валерий Клячин.
А утром я вышел опять на проснувшийся берег,
И долго вступал по сверкающим камням в Байкал,
Которому я, как надёжному другу, поверил,
Которому я, как родному отцу, доверял.
© Валерий Клячин.
Суровая строгость его мне уже не мешала –
Я знал, что она и сплотила когда-то Сибирь,
В могучий народ, что растёт под ветрами Байкала,
Как тот наш, былинный, и ждущий свой час богатырь.
© Валерий Клячин.
Лишь в нём наша сила и в будущей брани опора,
И он от занявших Москву оккупантов спасёт
Унывшую Русь, на борьбу выводя из затвора
Всех тех, кто вдоль Волги духовную битву ведёт…
© Валерий Клячин.
И я заспешил поскорее вернуться на Волгу,
И вот уж опять предо мною дорожная даль,
Но в спину мне смотрит не стыд умирающим волком,
А тот же наш Ангел, что крест на дорогу мне дал.
© Валерий Клячин.
РУССКАЯ ЗЕМЛЯ
© Валерий Клячин.
Я ехал обратно, и вроде бы должно мне было
Вздыхать по своей незадавшейся, бледной судьбе
Да думать о том, что теперь уже только могила
И может мечтою манить меня в гости к себе.
© Валерий Клячин.
Уже я сознал, что, помимо Байкала, едва ли
Найдётся такое же место на грешной земле,
Где даже и в самой глубокой душевной печали
Не трудно увидеть луч света в сгустившейся мгле.
© Валерий Клячин.
Как крепок Байкал, так крепка и сибирская вера.
Не зря же в тайге обрели свой надёжный приют
Живущие с Богом и правдой в душе староверы,
Какие на ценности мира, как в бесов, плюют.
© Валерий Клячин.
Не зря же и храмов в Сибири не меньше, чем в нашей
Европой задавленной, но не предавшей Христа,
Великой Руси, для которой мучительства чаша
И ныне и присно до самых краёв налита…
© Валерий Клячин.
И тут я услышал, как будто сквозь сон, как над Русью -
И здесь, и у Волги, и в Устюге, и на Дону -
Гудит без горчинки унынья и сладости грусти
Тревожный набат, на войну поднимая страну.
© Валерий Клячин.
Тотчас же глаза мои словно прорвали завесу
Всю жизнь омрачавшей мой путь по земле слепоты,
И русский простор, как безмерность от леса до леса,
Явил мне картину почти неземной красоты.
© Валерий Клячин.
Я ехал Сибирью, но мне уж теперь не казалась
Сибирь забугорной и чуждой России страной,
Уже, как под Ржевом, я ту же испытывал жалость
И к каждой берёзке, и к каждой ветле над рекой.
© Валерий Клячин.
Уже и туманы мне виделись столь же святыми,
Как в древнем Залесье над храмами чуткой Нерли,
А очи небес были так же светло голубыми,
Как глади озёр в закоулках поморской земли.
© Валерий Клячин.
Когда же дорога меня приводила к высоким
Домам и цветущим бульварам сибирских столиц –
Мне вдруг вспоминались «Онегина» вечные строки
О трепетных ножках и нежности девичьих лиц.
© Валерий Клячин.
А лица народа, живущего в этих столицах,
И всюду, куда б ни примчала машина меня,
Как в церкви, где можно лишь только рыдать и молиться,
Горели в лучах ниспадавшего с неба огня.
© Валерий Клячин.
Ночуя в похожих на сельские избы «мотелях»,
Я жадно вдыхал их на квасе настоянный дух,
Каким опьянить меня с детства навеки сумели
Овсяные руки заботливых русских старух.
© Валерий Клячин.
Подолгу смотрел я на мир деревенских задворок
В курганских степях или южно-уральских лесах,
И всякий плетень был мне так же мучительно дорог
Как гребень у мамы в редевших её волосах.
© Валерий Клячин.
И вся-то Россия мне виделась словно воткнувшей
Гребёнку Урала в длиннющие косы свои,
Начало которых полесской завязано глушью,
А кончики - там, где амурским муссоном сквозит.
© Валерий Клячин.
По горной дороге поднявшись к стенам Златоуста
И вправо, и влево в смятенье вертя головой,
Испытывал я позабытые в странствии чувства,
Смутившие мой столь недолгий душевный покой.
© Валерий Клячин.
И справа, и слева лежала всё та же Россия,
И те же леса простирались на две стороны,
И те же кресты под рубахами люди носили,
И та же мечта посещала их вещие сны.
© Валерий Клячин.
И так же Москва представлялась бесовской столицей
Живущим и справа, и слева от сказочных гор
И прячущим в доме своём под его половицей
Наточенный к нужному часу заветный топор.
© Валерий Клячин.
Весь путь от Уфы до простёртой вдоль Волги Казани
Меня нагонял нарастающий топот копыт
Летящих с Байкала колчаковских конниц. Казалось,
Что вся-то Сибирь вместе с ними за мною летит.
© Валерий Клячин.
А скоро услышал я крики дружин Пугачёва,
Ведущих с Поволжья восставший казачий народ,
Сливавшийся с грозною силою войска Христова,
Которое в храмах Руси поднималось в поход.
© Валерий Клячин.
В Казани открылась мне правда о нашем народе,
Отнюдь не покорно взиравшем, как гибнет страна
Под игом безумных и подлых властей инородных,
Которых из ада поставил нам сам сатана.
© Валерий Клячин.
В задумчивых храмах молились не жалкие люди,
А полные веры, любви и надежды сыны
И дочери новой России, которая будет
Им даром за мужество в бранях духовной войны.
© Валерий Клячин.
У стен победившей соблазн преисподней Раифы,
Какую хранит по молитвам Пречистой Господь,
Я думал: кому так нужны эти лживые мифы
О том, что сгубил себя пьянством наш трезвый народ?
© Валерий Клячин.
Конечно, не мало таких, кто не ведая Бога,
Упал, поражённый смертельною этой чумой,
Однако повсюду в моей не короткой дороге
Народ как добротный хозяин вставал предо мной.
© Валерий Клячин.
Повсюду я видел дома под надёжною крышей,
Торгующих мёдом, грибами и ягодой жён,
Повсюду слова о грядущем восстании слышал:
Из гроба, как Лазарь, которым был тлен побеждён.
© Валерий Клячин.
Воскресшей теперь мне открылась и матушка Волга,
Когда я над ней возвращался на берег родной,
Уверенный в том, что за мною спешит по просёлкам
И трассам России народ, не убитый москвой.
© Валерий Клячин.
Уже я не видел в ней прежней туманной границы
Меж двух не похожих одна на другую Россий,
А ангел, на две стороны обращающий лица,
Мне просто примнился, когда я у Бога просил
© Валерий Клячин.
Избавить меня от навязанных мне представлений
О том, что за Волгой иная сокрылась страна,
Какой не до наших безчисленных бед и лишений,
Какая своей безконечной печали полна…
© Валерий Клячин.
От болдинских лип до дивеевских вод освящённых
Я ехал, как едет по русской земле богатырь,
Везя на плечах снисходящую с Неба икону,
В которой в очах у Христа и Москва, и Сибирь.
© Валерий Клячин.
Сентябрь 2013
© Валерий Клячин.

---

Версия текста стихотворения «Двуглавый ангел поэма дороги» в обратном порядке.

---

Сентябрь 2013
© Валерий Клячин.
От болдинских лип до дивеевских вод освящённых
Я ехал, как едет по русской земле богатырь,
Везя на плечах снисходящую с Неба икону,
В которой в очах у Христа и Москва, и Сибирь.
© Валерий Клячин.
Избавить меня от навязанных мне представлений
О том, что за Волгой иная сокрылась страна,
Какой не до наших безчисленных бед и лишений,
Какая своей безконечной печали полна…
© Валерий Клячин.
Уже я не видел в ней прежней туманной границы
Меж двух не похожих одна на другую Россий,
А ангел, на две стороны обращающий лица,
Мне просто примнился, когда я у Бога просил
© Валерий Клячин.
Воскресшей теперь мне открылась и матушка Волга,
Когда я над ней возвращался на берег родной,
Уверенный в том, что за мною спешит по просёлкам
И трассам России народ, не убитый москвой.
© Валерий Клячин.
Повсюду я видел дома под надёжною крышей,
Торгующих мёдом, грибами и ягодой жён,
Повсюду слова о грядущем восстании слышал:
Из гроба, как Лазарь, которым был тлен побеждён.
© Валерий Клячин.
Конечно, не мало таких, кто не ведая Бога,
Упал, поражённый смертельною этой чумой,
Однако повсюду в моей не короткой дороге
Народ как добротный хозяин вставал предо мной.
© Валерий Клячин.
У стен победившей соблазн преисподней Раифы,
Какую хранит по молитвам Пречистой Господь,
Я думал: кому так нужны эти лживые мифы
О том, что сгубил себя пьянством наш трезвый народ?
© Валерий Клячин.
В задумчивых храмах молились не жалкие люди,
А полные веры, любви и надежды сыны
И дочери новой России, которая будет
Им даром за мужество в бранях духовной войны.
© Валерий Клячин.
В Казани открылась мне правда о нашем народе,
Отнюдь не покорно взиравшем, как гибнет страна
Под игом безумных и подлых властей инородных,
Которых из ада поставил нам сам сатана.
© Валерий Клячин.
А скоро услышал я крики дружин Пугачёва,
Ведущих с Поволжья восставший казачий народ,
Сливавшийся с грозною силою войска Христова,
Которое в храмах Руси поднималось в поход.
© Валерий Клячин.
Весь путь от Уфы до простёртой вдоль Волги Казани
Меня нагонял нарастающий топот копыт
Летящих с Байкала колчаковских конниц. Казалось,
Что вся-то Сибирь вместе с ними за мною летит.
© Валерий Клячин.
И так же Москва представлялась бесовской столицей
Живущим и справа, и слева от сказочных гор
И прячущим в доме своём под его половицей
Наточенный к нужному часу заветный топор.
© Валерий Клячин.
И справа, и слева лежала всё та же Россия,
И те же леса простирались на две стороны,
И те же кресты под рубахами люди носили,
И та же мечта посещала их вещие сны.
© Валерий Клячин.
По горной дороге поднявшись к стенам Златоуста
И вправо, и влево в смятенье вертя головой,
Испытывал я позабытые в странствии чувства,
Смутившие мой столь недолгий душевный покой.
© Валерий Клячин.
И вся-то Россия мне виделась словно воткнувшей
Гребёнку Урала в длиннющие косы свои,
Начало которых полесской завязано глушью,
А кончики - там, где амурским муссоном сквозит.
© Валерий Клячин.
Подолгу смотрел я на мир деревенских задворок
В курганских степях или южно-уральских лесах,
И всякий плетень был мне так же мучительно дорог
Как гребень у мамы в редевших её волосах.
© Валерий Клячин.
Ночуя в похожих на сельские избы «мотелях»,
Я жадно вдыхал их на квасе настоянный дух,
Каким опьянить меня с детства навеки сумели
Овсяные руки заботливых русских старух.
© Валерий Клячин.
А лица народа, живущего в этих столицах,
И всюду, куда б ни примчала машина меня,
Как в церкви, где можно лишь только рыдать и молиться,
Горели в лучах ниспадавшего с неба огня.
© Валерий Клячин.
Когда же дорога меня приводила к высоким
Домам и цветущим бульварам сибирских столиц –
Мне вдруг вспоминались «Онегина» вечные строки
О трепетных ножках и нежности девичьих лиц.
© Валерий Клячин.
Уже и туманы мне виделись столь же святыми,
Как в древнем Залесье над храмами чуткой Нерли,
А очи небес были так же светло голубыми,
Как глади озёр в закоулках поморской земли.
© Валерий Клячин.
Я ехал Сибирью, но мне уж теперь не казалась
Сибирь забугорной и чуждой России страной,
Уже, как под Ржевом, я ту же испытывал жалость
И к каждой берёзке, и к каждой ветле над рекой.
© Валерий Клячин.
Тотчас же глаза мои словно прорвали завесу
Всю жизнь омрачавшей мой путь по земле слепоты,
И русский простор, как безмерность от леса до леса,
Явил мне картину почти неземной красоты.
© Валерий Клячин.
И тут я услышал, как будто сквозь сон, как над Русью -
И здесь, и у Волги, и в Устюге, и на Дону -
Гудит без горчинки унынья и сладости грусти
Тревожный набат, на войну поднимая страну.
© Валерий Клячин.
Не зря же и храмов в Сибири не меньше, чем в нашей
Европой задавленной, но не предавшей Христа,
Великой Руси, для которой мучительства чаша
И ныне и присно до самых краёв налита…
© Валерий Клячин.
Как крепок Байкал, так крепка и сибирская вера.
Не зря же в тайге обрели свой надёжный приют
Живущие с Богом и правдой в душе староверы,
Какие на ценности мира, как в бесов, плюют.
© Валерий Клячин.
Уже я сознал, что, помимо Байкала, едва ли
Найдётся такое же место на грешной земле,
Где даже и в самой глубокой душевной печали
Не трудно увидеть луч света в сгустившейся мгле.
© Валерий Клячин.
Я ехал обратно, и вроде бы должно мне было
Вздыхать по своей незадавшейся, бледной судьбе
Да думать о том, что теперь уже только могила
И может мечтою манить меня в гости к себе.
© Валерий Клячин.
РУССКАЯ ЗЕМЛЯ
© Валерий Клячин.
И я заспешил поскорее вернуться на Волгу,
И вот уж опять предо мною дорожная даль,
Но в спину мне смотрит не стыд умирающим волком,
А тот же наш Ангел, что крест на дорогу мне дал.
© Валерий Клячин.
Лишь в нём наша сила и в будущей брани опора,
И он от занявших Москву оккупантов спасёт
Унывшую Русь, на борьбу выводя из затвора
Всех тех, кто вдоль Волги духовную битву ведёт…
© Валерий Клячин.
Суровая строгость его мне уже не мешала –
Я знал, что она и сплотила когда-то Сибирь,
В могучий народ, что растёт под ветрами Байкала,
Как тот наш, былинный, и ждущий свой час богатырь.
© Валерий Клячин.
А утром я вышел опять на проснувшийся берег,
И долго вступал по сверкающим камням в Байкал,
Которому я, как надёжному другу, поверил,
Которому я, как родному отцу, доверял.
© Валерий Клячин.
Байкал засыпал, как Петрополь, смиривший стихию,
Однако не всадник скакал над зеркальной водой,
А перья лучей, выметающих тьму из России,
Дарили глазам моим чаемый ими покой.
© Валерий Клячин.
На крыльях заката я снова примчался к Байкалу,
И он в этот раз был приветлив и нежен ко мне.
Чуть слышно волна на камнях его что-то шептала,
А горы спокойно дремали, скрываясь во мгле.
© Валерий Клячин.
Стоять, как стоит Петербург у балтийской границы
Святой нашей Родины, думал я, видя вдали,
Сквозь дымку туманов, над Русью светящие лица
Могучего Ангела нашей единой земли…
© Валерий Клячин.
Он тёк в Ангару, убегая от сонного ада
Чужой и враждебной Христу и России страны.
Но значит, Байкалу досталось на долю преградой
Стоять на пути у тибетских армад сатаны.
© Валерий Клячин.
Я мчался обратно по горной покатой дороге
И думал о сказанном мне в тишине Иркутом,
Нашедшим в его бессознательной мрачной тревоге
Свой путь к океану, минуя родительский дом.
© Валерий Клячин.
С суровым владыкой тревожных сибирских просторов,
На встречу с которым так долго я с Волги рулил,
Что он мне казался уже не владыкой, а вором,
Лишающим землю России оставшихся сил.
© Валерий Клячин.
Как будто услышал шаманский я стон из дацана
У сонных подножий укутанных в облаки гор,
И снова заныла моя обнажённая рана,
И снова я полон был силы начать разговор
© Валерий Клячин.
Среди берегов, разомлевших в тоскливом покое,
Он нёсся точь-в-точь как с Алтая смурная Катунь,
И здесь от него я внезапно услышал такое,
Что вмиг оглушил меня звон его трепетных струн.
© Валерий Клячин.
Поехав от моря в нерусские горы к Аршану,
И грустно вздыхая о том, что не хочет Байкал
Лечить мою давнюю душу изъевшую рану,
В широкой долине я бурный Иркут повстречал.
© Валерий Клячин.
В байкальской груди, под всевидящим Божеским оком,
В тени молчаливых, но дышащих громом Саян,
В которых Россия издревле с безбожным востоком
Ведёт далеко не слащавый любовный роман.
© Валерий Клячин.
Над всею Сибирью гудят его крепкие ветры,
С заснеженных гор и до льдов океана текут
Сквозь тысячу тысяч суровых земных километров
Сибирские реки, какие рождаются тут –
© Валерий Клячин.
Но тут же я понял, что мудрый Байкал не для смеха
Пугает меня, проявляя холодную страсть,
А хочет сказать, что в руках своих держит от века
Над всею Сибирью никем не рушимую власть.
© Валерий Клячин.
Когда же дерзнул я войти в его жгучие воды,
Он крепко меня своей жёсткою дланью объял,
И страшно мне стало во власти столь жуткой свободы,
Какою в морях обладал лишь девятый их вал.
© Валерий Клячин.
То вдруг озарялись каким-то нездешним сияньем,
Меняя и цвет, и прозрачность трепещущих волн,
А мощные крылья чуть видимым их колыханьем
Рождали внезапные ветры, и бури, и шторм.
© Валерий Клячин.
Он словно спустился, как Ангел, на грешную землю
И был молчалив и угрюм, только взоры его,
Людской суеты и пустой болтовни не приемля,
То меркли, как будто не видя вокруг ничего,
© Валерий Клячин.
Немало морей довелось повидать мне когда-то,
С самим океаном я вёл разговоры на «ты»,
Однако Байкал был не только водою богатым,
И не было дела ему до его красоты.
© Валерий Клячин.
А может быть, просто былым ходоком за туманом,
Каких уже не сыщешь в таёжных сибирских краях,
Ему я казался, и он, опасаясь обмана,
Крутою волною внушал мне мистический страх.
© Валерий Клячин.
Конечно, кем был для него я? Всего лишь
Заезжим туристом, каких на Листвянке не счесть?
Московским писакой, забредшим сюда поневоле
С надеждой, что Муза особенно ласкова здесь?
© Валерий Клячин.
Сначала Байкал меня встретил как блудного сына,
С холодной усмешкой глядя на одёжку мою,
И делая вид, что не видит, какие седины
Добыл я себе в непрестанном духовном бою.
© Валерий Клячин.
И вот, наконец-то, ангарские светлые струи
Блеснули в окошках прибрежных иркутских домов,
И скоро я мчался, желанную близость почуя,
К ожившим виденьям моих восхитительных снов.
© Валерий Клячин.
И чувствовал я, как волнуется грудь предвкушеньем
Сбывавшейся встречи с моею заветной мечтой,
Которой я ждал столько лет с терпеливым смиреньем,
Которая даже и в снах пребывала со мной.
© Валерий Клячин.
Ещё я не смыл с себя запах свирепой Катуни
И видел на небе улыбки алтайских друзей,
И был оглушён голосами нежданных раздумий, -
А ветры Байкала уж выли в машине моей.
© Валерий Клячин.
Ещё я смотрел на леса и озёра Кузбасса,
Ещё удивлялся тому, как богат Енисей
Тайгой на его берегах, обступающей трассу,
Как море – корабль, неуверенный в цели своей.
© Валерий Клячин.
Байкальские ветры меня захлестнули задолго
До встречи с державным владыкой сибирской земли.
Ещё подбегали ко мне города и посёлки,
Деревни и автозаправки в дорожной пыли.
© Валерий Клячин.
БАЙКАЛЬСКИЙ ЛИК
© Валерий Клячин.
** - Алтын-Кёль (Алтынкуль, Телецкое, Золотое) – озеро в Горном Алтае, связанное (по легенде) подводным течением с Байкалом; из него вытекает река Бия, образующая после слияния с Катунью Обь.
© Валерий Клячин.
* - из стихотворения проживающего в Бийске поэта Сергея Филатова;
© Валерий Клячин.
___________________________________________________
© Валерий Клячин.
Прощаясь с Алтаем в унылых горах Салаира,
Я видел такой же, как в болдинской дымке, пейзаж,
И так же мне сердце, стуча и щемя, говорило,
Что здесь ещё Ангел-Хранитель единственный наш.
© Валерий Клячин.
Однако, читая его по дороге к Байкалу
И чувствуя, как разрывается в клочья душа,
Я помнил, что Волга такой же мне список писала,
Когда я тугим её ветром под Решмой дышал.
© Валерий Клячин.
Я видел их список. И в пышных садах Барнаула,
И в Новосибирске над Обью у сумрачной ГЭС,
И всюду, куда бы дорога моя ни свернула,
Я видел их список на фоне сибирских небес.
© Валерий Клячин.
Все дети Сибири, спасавшие нашу отчизну
В минувших веках, пронеслись вместе с пенной рекой
Пред взором моим. Но Катунь уж готовила тризну
По новым героям Последней Войны Мировой.
© Валерий Клячин.
И давшие жёсткий отпор немчуре под Москвою,
И вскрывшие недра Сибири для блага страны,
И те, кто с народом был связан такою судьбою,
Что словом громил перепуганных слуг сатаны, -
© Валерий Клячин.
Все те, кто когда-то мечом очищал от безбожных
Кочующих полчищ сибирскую землю, и те,
Кто чаял свободы Руси в частоколах острожных,
И те, кто за веру страдал, как Господь, на кресте,
© Валерий Клячин.
И видел при свете луны над вершинами спящих
В небесных объятиях гор, как во тьме предо мной
По камням Катуни скакали в кольчугах блестящих
Бессмертные души вступающих в праведный бой.
© Валерий Клячин.
Чем дальше я ехал по Чуйскому тракту на Чую,
Тем громче ревела Катунь под дорогой моей,
А в Майме, у волн её в зыбкой палатке ночуя,
Я слушал упрямое ржанье всё тех же коней.
© Валерий Клячин.
Сама же река в безудержном и грозном теченье
Страшна и похожа на ту богатырскую рать,
Какую скликает Христос во своё ополченье,
Чтоб яростный бой сатанинскому воинству дать.
© Валерий Клячин.
Её осознать нам ещё и сейчас не по силам,
Но сила народа в раскатах Катуни гудёт,
И едет, бредёт, прилетает на сломанных крылах
К катуньскому берегу жаждущий силы народ.
© Валерий Клячин.
По тропам Алтая нельзя обойти стороною
То место, в котором Сибирь родила Шукшина,
Откуда однажды промчалась над спящей страною
И раненой птицей влетела к нам в души вина.
© Валерий Клячин.
А Обь с Енисеем несли по таёжным просторам
Всё ту же байкальскую воду, которую пьёт
С рожденья до смерти бросающий хмурые взоры
В московские земли упрямый сибирский народ…
© Валерий Клячин.
И верно, как Бия неслась предо мной, вырываясь
Из недр Алтын-Кёля, под стать вороного коня,
Такой же была и Катунь, устремляясь с Алтая
Вдоль Чуйского тракта и не замечая меня.
© Валерий Клячин.
Однако – подумалось мне – Ангаре с Алтынкёлью
Хватило ума сохранить прирождённую связь
Со славным отцом, а любовь к непокорству и воле
Объяла сибирские реки в единую масть.
© Валерий Клячин.
Не так же ль она то в себе, как Байкал, замыкалась,
То счастья искала вдали от своих родников?
И вот уж опять остаётся лишь самая малость
До дня ликованья её соблазнивших врагов.
© Валерий Клячин.
Я слушал, и вдруг ужаснулся непрошенной мысли
О том, что легенды о реках Сибири таят
Намёк на великие беды, какие нависли
Над родиной нашей сейчас и столетья назад.
© Валерий Клячин.
Её он хотел повенчать с нелюбимым, а прежде
Держал взаперти свою старшую дочь – Ангару,
Пока не умчалась она к Енисею в надежде,
Что мудрый отец пожалеет меньшую сестру.
© Валерий Клячин.
Вот тут и узнал я… Мне Бия сама рассказала
Про ту нестерпимую и неизжитую боль,
С какою рассталась когда-то с суровым Байкалом
Бежавшая в Горный Алтай его дочь Алтынкёль.
© Валерий Клячин.
Грозны и напористы были те бийские воды,
Глубоко дышали они меж своих берегов,
Напившись из глаз Алтын-Кёля** студёной свободы,
Вглядевшись в косматые гривы его облаков.
© Валерий Клячин.
А скоро я вышел на берег нахмуренной Бии,
Какая с тревожной Катунью вела разговор
О том, что Россию в Сибири ещё не убили,
Хотя и ползут к ней от Волги разор и позор.
© Валерий Клячин.
Ещё в пробудившемся Бийске меня оглушила
Молитва, в которой, как в шёпоте поздней листвы,
Звучало тревожное: «Господи, ты нас помилуй…»,
С отчаянным ропотом: «…и защити от москвы»*.
© Валерий Клячин.
По тропам Алтая ходить – не гулять по Ордынке.
На тропах Алтая такие услышишь слова,
Что все наши слёзы – не слёзы, а просто слезинки,
А страхи – не страхи, а сказки в канун Рождества.
© Валерий Клячин.
НА ТРОПАХ АЛТАЯ
© Валерий Клячин.
Но думать об этом сейчас не хотел я, мечтая
Свернуть ненадолго с Сибирского тракта на юг,
К степям и предгорьям желанного сердцу Алтая,
Где ждал меня старый, надёжный и преданный друг.
© Валерий Клячин.
Я чувствовал тот чудодейственный воздух свободы,
Какого уже не вдохнёшь на исконной земле
Опять повернувшего взгляд свой на запад народа,
Чей путь утопает в тлетворной кладбищенской мгле.
© Валерий Клячин.
На всей осветлённой слоями туманов дороге,
От пен Иртыша до сбежавшей с Алтая Оби,
И дальше – в саянских долинах и горных отрогах
Я видел знаменья великой Господней любви.
© Валерий Клячин.
Какие там бесы, когда над дорогой сияет
Лазурный простор распростёртых до Рая небес!
Какие там сны, если нет ни конца и ни края
У явленных Богом в пейзажах Сибири чудес!
© Валерий Клячин.
Казалось бы, путь тот невзрачен, уныл и безцелен,
И может быть прерван внезапным набегом врагов,
Но кто без лукавства России и Господу верен,
Избавлен он жутких, навеянных бесами снов.
© Валерий Клячин.
Она обретала в глазах моих образ иконы,
В которой был явлен весь путь Православной Руси,
На всём протяженье его проходящий под сонным
Покровом туманов, сверкающих в каплях росы.
© Валерий Клячин.
Высоко над ними синело сибирское небо,
И сладко спала под ваулью туманов земля…
И скоро я понял, что ей не единым лишь хлебом
Завещано Богом питать нас до Судного дня.
© Валерий Клячин.
А то подступали к дороге, как будто встречая
Меня хлебом-солью, пригорки, луга и поля
В накидках из нежно-лиловых цветов иван-чая,
В сапожках из тёплых и мягких пучков ковыля.
© Валерий Клячин.
Из смутной дали выплывали то редкие рощи,
То непроходимые чащи кудрявых берёз,
То вдруг открывались, как в церкви нетленные мощи,
Стога, знаменуя богатый и сочный покос.
© Валерий Клячин.
И тотчас туман, как застигнутый в храме грабитель,
Упал на колени и стал доставать из мешков
Всё то, что веками скрывала святая обитель
От глаз посещавших её без любви ходоков.
© Валерий Клячин.
И вдруг… То ли страх разомкнул мои хмурые веки,
А может, кольнула их болью всё та же слеза –
Лишь только решил я проститься с Сибирью навеки,
Как тут же мой взгляд притянули к себе небеса.
© Валерий Клячин.
Так думал я, глядя кругом и не видя причины
К тому, чтобы выйти неправым в сомненьях моих:
Всё те же туманы клубились пред самой машиной,
Все так же дорога тонула, как в проруби, в них.
© Валерий Клячин.
Кому же такое смурное видение счастья
Придётся по нраву и будет желанным всю жизнь,
А столь очевидно безпечное Божье участье
Воспримет как благословение чуткий мужик?.. »
© Валерий Клячин.
«Но кто же решится в такой неприветливой хмари,
Какая столь неотвратимо объяла меня,
Не видя терзающих русскую вотчину тварей,
Не видеть и проблесков нового, светлого дня?
© Валерий Клячин.
Казалось, в таёжных чащобах надёжней опора
Для силушки русской, какую в приокских лесах
Уже не собрать и не скрыть от сверлящего взора
Лубянских ищеек с картавой струной в голосах.
© Валерий Клячин.
Казалось бы, здесь, в глубине этих вольных просторов,
Вдали от лукавых и хищных усмешек Кремля,
Верней защититься от хама, убийцы и вора,
Обрекшего тлену приволжские наши поля.
© Валерий Клячин.
Уже и стучали в висках моих мрачные думы
О том, что не зря мой народ не бежит за Урал,
Хоть новые баре его пострашнее Кучума,
И кровью пропитан их сытый звериный оскал.
© Валерий Клячин.
Пожалуй, когда бы над всей этой сонною жутью
Не виделся мне голубой, как мечта, небосвод –
В безрадостном, горьком унынье прервался бы путь мой,
И я никогда б не увидел сибирских красот.
© Валерий Клячин.
Сама же дорога казалась такой же недолгой,
Как мутные взоры её освещающих фар,
Навстречу которым катился без смысла и толку
Лишённый лучей и сияния солнечный шар.
© Валерий Клячин.
То вдруг восставали на месте привычных обочин
Громады похожих на орды Кучума лесов,
И слышался топот копыт из сгустившейся ночи,
И страшен был вой оглушавших мотор голосов.
© Валерий Клячин.
Сквозь эту слезу проступали порой очертанья
Укутанных призрачной мглой одиноких берёз,
В явленьях которых как будто сквозило желанье
Направить мой путь под туманный дорожный откос.
© Валерий Клячин.
Однако Сибирь, как девица на первом свиданье,
Не сразу дала мне своей насладиться красой,
Пленяя меня неизбывной тоской ожиданья,
Туманя мой взгляд неуместной скупою слезой.
© Валерий Клячин.
ТУМАНЫ
© Валерий Клячин.
Прикрыть и ускорить мою лобовую атаку
На хмуро следящий за мною сибирский простор,
В который влетал я, как тот, без упрёка и страха
Кочующий витязь, лишь вдаль устремляющий взор.
© Валерий Клячин.
Лишь искры заката из зеркала заднего вида
В безумном стремленье навеки меня ослепить
Подчас вызывали в душе моей грусть и обиду,
Но чаще – желанье прикрыть столь навязчивый вид.
© Валерий Клячин.
Лишь тихо хрипящие в пыльных динамиках стоны
Бездарных кастратов смердящей гламуром Москвы
Порой нагоняли тоску на роскошные кроны
Сибирских берёз и цветущий тюменский ковыль.
© Валерий Клячин.
И так же, как школу, учившую многие годы
Нас правде и чести под оком безчестных властей,
Мы вмиг забываем, почувствовав ветер свободы, -
Я скоро забыл о стране за спиною моей.
© Валерий Клячин.
И вправду, Урал мне примнился таким же порогом,
Как школьный, с какого видны лишь намётки судьбы,
Но в плотном тумане её утопает дорога,
В которой ещё не торчат верстовые столбы.
© Валерий Клячин.
Я злился и плакал, с уныньем давя на педали
И видя уставших от вечной тоски мужиков,
Покуда мой взгляд не упёрся в безкрайние дали
Сибирской земли за порогом уральских хребтов.
© Валерий Клячин.
Зачем она с видом сбежавшей из дома собаки
Пред каждым ханыгой виляет поджатым хвостом,
Тогда как кормилец её в безсознательном страхе
Впускает воров в свой просторный наследственный дом?..
© Валерий Клячин.
Я думал: на что ей сдалась эта шлюха Европа,
В которой и правда, и вера, и мудрость, и честь
Давно уже сгинили под илом «второго Потопа»,
А мерзких грехов, как опарышей в трупе, не счесть?
© Валерий Клячин.
Чем ближе дорога меня подводила к похожим
На призрачный остров среди океана горам,
Тем более душу мою принимался тревожить
Объявший Великую Русь блудодейственный срам.
© Валерий Клячин.
Однако дорога… От Волги до Вятки и Камы
Она, как капустный рассол, отрезвляла мой ум,
И с каждой верстой, чертыхаясь на кочках и в ямах,
Я был вовлекаем в пучину безрадостных дум.
© Валерий Клячин.
Конечно, мне это всего лишь казалось. Москву я,
И Суздаль, и Нижний, и Тверь, и Калугу, и Плёс
Любил, и всю жизнь, по Руси Православной тоскуя,
О доле её не умел и помыслить без слёз.
© Валерий Клячин.
И я не успел, не хотел и не мог оглянуться,
Как будто Господь из Содома меня выводил,
Как будто бежал из тюрьмы я, устроенной в лучшей
Из Божьих церквей, окружённой крестами могил.
© Валерий Клячин.
С неё невозможно вернуться обратно на запад,
Откуда мой пращур с надеждой взирал на восход,
Вдыхая пьянящий, на воле настоянный запах
Дремучих лесов, густотравных полей и болот.
© Валерий Клячин.
Лишь только мой конь (а для нынешней жизни – машина)
Нащупал за Волгой к Уралу проложенный путь,
Я понял, что вся-то заволжская наша равнина -
Большая дорога, с какой невозможно свернуть.
© Валерий Клячин.
Я знал, что любая дорога имеет начало,
И где-нибудь - близко, далёко ли - есть у неё
Конечный предел. Но Россия пределов не знала,
И жалким явилось мне гордое знанье моё.
© Валерий Клячин.
НЕВОЗВРАТНАЯ ДОРОГА
© Валерий Клячин.
И вот уж я вижу сквозь них проступающий лик
Подобного солнцу в тягучем плену облаков,
Двуглавого ангела страждущей русской земли,
Глядящего в душу мою из минувших веков.
© Валерий Клячин.
И вот уж дорога меня заключает в кольцо
Своих опьяняющих несовместимостью рук,
А ветры России горстями бросают в лицо
Студёные слёзы стремительных встреч и разлук.
© Валерий Клячин.
Господь ли услышал мой тихий молитвенный стон,
Иль Матушка-Волга волной подхлестнула меня –
Внезапно был прерван мой непрерываемый сон,
Я и оседлал приунывшего в стойле коня.
© Валерий Клячин.
В той песне всё чаще и чаще мне слышался зов
Байкальского ветра к душе одичалой моей
Порушить заклёпы гнилых европейских оков
И вольным бродягою стать до скончания дней.
© Валерий Клячин.
Подолгу стоял я на волжском утёсе в тоске,
И с горечью думал о вдовьей судьбине Руси,
А грустные волны на сером усталом песке
Тянули бурлацкую песнь про крутой баргузин.
© Валерий Клячин.
И в этом тумане мне мнились седые леса,
Угрюмые реки и гор необъятная ширь…
Однако чужими мне виделись те небеса,
Под коими, словно в берлоге, дремала Сибирь.
© Валерий Клячин.
Казалось, и вся распростёртая к солнцу земля
От Камы до сопок Манчжурии погружена
В холодный туман, как упрямый бушприт корабля,
Плывущего в ночь по тревожным мальчишеским снам.
© Валерий Клячин.
Казалось, вздыхает глубоко-протяжно она
О том, что ни Обь, ни Иртыш, ни старик Енисей
Не верят, не помнят, не знают, какая страна
Вдохнула в них жизнь по велению русских царей.
© Валерий Клячин.
Я думал, России невмочь уже стало держать
В единой упряжке её быстроногих коней,
Река же в глаз моих стала похожа на мать,
Уставшую ждать позабывших о ней сыновей.
© Валерий Клячин.
Но долго не мог я сознать, почему она так
Покорно-печальна в красе богоданной своей,
А Волга, как схимница, вся в православных крестах,
От холмов Валдая до диких каспийских степей.
© Валерий Клячин.
История блудного сына известна, и я
Вернулся таким же унылым к своим берегам,
И так же меня не презрела родная земля,
Поверив моим безутешным сыновним слезам.
© Валерий Клячин.
Годами не видя ни Волги, ни русских полей,
Ни Бога в полночных мерцаньях церковных лампад,
Лишь крыльями к ним направляющих путь журавлей
Я тешил средь диких штормов свой скучающий взгляд.
© Валерий Клячин.
Когда-то судьба насмеялась до слёз надо мной,
Направив стезю моей жизни в чужие края,
Где солнце всходило, как тать, за моею спиной,
Толкая к закатам в солёных гольфстримских морях.
© Валерий Клячин.
И я, словно тот безымянный лесной ручеёк,
Теку по зловонным болотам и спящим холмам,
Чтоб в твой, моя скорбная Русь, превратиться приток
И вместе с тобой возродиться на горе врагам.
© Валерий Клячин.
Из самого сердца печальной отчизны моей,
Из гущи лесов, из просторов степей, из болот
Ты черпаешь силу, и каждый убогий ручей
С тобою становится валом безудержных вод.
© Валерий Клячин.
ПРОЛОГ НА БЕРЕГУ ВОЛГИ
© Валерий Клячин.

---

Версия текста стихотворения «Двуглавый ангел поэма дороги» со случайным абзацем.

---

Он тёк в Ангару, убегая от сонного ада
Чужой и враждебной Христу и России страны.
Но значит, Байкалу досталось на долю преградой
Стоять на пути у тибетских армад сатаны.
© Валерий Клячин.
На всей осветлённой слоями туманов дороге,
От пен Иртыша до сбежавшей с Алтая Оби,
И дальше – в саянских долинах и горных отрогах
Я видел знаменья великой Господней любви.
© Валерий Клячин.
Я мчался обратно по горной покатой дороге
И думал о сказанном мне в тишине Иркутом,
Нашедшим в его бессознательной мрачной тревоге
Свой путь к океану, минуя родительский дом.
© Валерий Клячин.
Над всею Сибирью гудят его крепкие ветры,
С заснеженных гор и до льдов океана текут
Сквозь тысячу тысяч суровых земных километров
Сибирские реки, какие рождаются тут –
© Валерий Клячин.
И в этом тумане мне мнились седые леса,
Угрюмые реки и гор необъятная ширь…
Однако чужими мне виделись те небеса,
Под коими, словно в берлоге, дремала Сибирь.
© Валерий Клячин.
Избавить меня от навязанных мне представлений
О том, что за Волгой иная сокрылась страна,
Какой не до наших безчисленных бед и лишений,
Какая своей безконечной печали полна…
© Валерий Клячин.
И чувствовал я, как волнуется грудь предвкушеньем
Сбывавшейся встречи с моею заветной мечтой,
Которой я ждал столько лет с терпеливым смиреньем,
Которая даже и в снах пребывала со мной.
© Валерий Клячин.
Казалось, вздыхает глубоко-протяжно она
О том, что ни Обь, ни Иртыш, ни старик Енисей
Не верят, не помнят, не знают, какая страна
Вдохнула в них жизнь по велению русских царей.
© Валерий Клячин.
Но долго не мог я сознать, почему она так
Покорно-печальна в красе богоданной своей,
А Волга, как схимница, вся в православных крестах,
От холмов Валдая до диких каспийских степей.
© Валерий Клячин.
БАЙКАЛЬСКИЙ ЛИК
© Валерий Клячин.
А лица народа, живущего в этих столицах,
И всюду, куда б ни примчала машина меня,
Как в церкви, где можно лишь только рыдать и молиться,
Горели в лучах ниспадавшего с неба огня.
© Валерий Клячин.
А Обь с Енисеем несли по таёжным просторам
Всё ту же байкальскую воду, которую пьёт
С рожденья до смерти бросающий хмурые взоры
В московские земли упрямый сибирский народ…
© Валерий Клячин.
Байкал засыпал, как Петрополь, смиривший стихию,
Однако не всадник скакал над зеркальной водой,
А перья лучей, выметающих тьму из России,
Дарили глазам моим чаемый ими покой.
© Валерий Клячин.
И вот уж дорога меня заключает в кольцо
Своих опьяняющих несовместимостью рук,
А ветры России горстями бросают в лицо
Студёные слёзы стремительных встреч и разлук.
© Валерий Клячин.
Сквозь эту слезу проступали порой очертанья
Укутанных призрачной мглой одиноких берёз,
В явленьях которых как будто сквозило желанье
Направить мой путь под туманный дорожный откос.
© Валерий Клячин.
Казалось, в таёжных чащобах надёжней опора
Для силушки русской, какую в приокских лесах
Уже не собрать и не скрыть от сверлящего взора
Лубянских ищеек с картавой струной в голосах.
© Валерий Клячин.
Её он хотел повенчать с нелюбимым, а прежде
Держал взаперти свою старшую дочь – Ангару,
Пока не умчалась она к Енисею в надежде,
Что мудрый отец пожалеет меньшую сестру.
© Валерий Клячин.
Подолгу стоял я на волжском утёсе в тоске,
И с горечью думал о вдовьей судьбине Руси,
А грустные волны на сером усталом песке
Тянули бурлацкую песнь про крутой баргузин.
© Валерий Клячин.
___________________________________________________
© Валерий Клячин.
Какие там бесы, когда над дорогой сияет
Лазурный простор распростёртых до Рая небес!
Какие там сны, если нет ни конца и ни края
У явленных Богом в пейзажах Сибири чудес!
© Валерий Клячин.
ПРОЛОГ НА БЕРЕГУ ВОЛГИ
© Валерий Клячин.
Я думал, России невмочь уже стало держать
В единой упряжке её быстроногих коней,
Река же в глаз моих стала похожа на мать,
Уставшую ждать позабывших о ней сыновей.
© Валерий Клячин.
Высоко над ними синело сибирское небо,
И сладко спала под ваулью туманов земля…
И скоро я понял, что ей не единым лишь хлебом
Завещано Богом питать нас до Судного дня.
© Валерий Клячин.
По тропам Алтая ходить – не гулять по Ордынке.
На тропах Алтая такие услышишь слова,
Что все наши слёзы – не слёзы, а просто слезинки,
А страхи – не страхи, а сказки в канун Рождества.
© Валерий Клячин.
С суровым владыкой тревожных сибирских просторов,
На встречу с которым так долго я с Волги рулил,
Что он мне казался уже не владыкой, а вором,
Лишающим землю России оставшихся сил.
© Валерий Клячин.
Сентябрь 2013
© Валерий Клячин.
Чем ближе дорога меня подводила к похожим
На призрачный остров среди океана горам,
Тем более душу мою принимался тревожить
Объявший Великую Русь блудодейственный срам.
© Валерий Клячин.
Среди берегов, разомлевших в тоскливом покое,
Он нёсся точь-в-точь как с Алтая смурная Катунь,
И здесь от него я внезапно услышал такое,
Что вмиг оглушил меня звон его трепетных струн.
© Валерий Клячин.
И я, словно тот безымянный лесной ручеёк,
Теку по зловонным болотам и спящим холмам,
Чтоб в твой, моя скорбная Русь, превратиться приток
И вместе с тобой возродиться на горе врагам.
© Валерий Клячин.
Я знал, что любая дорога имеет начало,
И где-нибудь - близко, далёко ли - есть у неё
Конечный предел. Но Россия пределов не знала,
И жалким явилось мне гордое знанье моё.
© Валерий Клячин.
Все дети Сибири, спасавшие нашу отчизну
В минувших веках, пронеслись вместе с пенной рекой
Пред взором моим. Но Катунь уж готовила тризну
По новым героям Последней Войны Мировой.
© Валерий Клячин.
Воскресшей теперь мне открылась и матушка Волга,
Когда я над ней возвращался на берег родной,
Уверенный в том, что за мною спешит по просёлкам
И трассам России народ, не убитый москвой.
© Валерий Клячин.
НЕВОЗВРАТНАЯ ДОРОГА
© Валерий Клячин.
Стоять, как стоит Петербург у балтийской границы
Святой нашей Родины, думал я, видя вдали,
Сквозь дымку туманов, над Русью светящие лица
Могучего Ангела нашей единой земли…
© Валерий Клячин.
А то подступали к дороге, как будто встречая
Меня хлебом-солью, пригорки, луга и поля
В накидках из нежно-лиловых цветов иван-чая,
В сапожках из тёплых и мягких пучков ковыля.
© Валерий Клячин.
Прикрыть и ускорить мою лобовую атаку
На хмуро следящий за мною сибирский простор,
В который влетал я, как тот, без упрёка и страха
Кочующий витязь, лишь вдаль устремляющий взор.
© Валерий Клячин.
И я не успел, не хотел и не мог оглянуться,
Как будто Господь из Содома меня выводил,
Как будто бежал из тюрьмы я, устроенной в лучшей
Из Божьих церквей, окружённой крестами могил.
© Валерий Клячин.
Но думать об этом сейчас не хотел я, мечтая
Свернуть ненадолго с Сибирского тракта на юг,
К степям и предгорьям желанного сердцу Алтая,
Где ждал меня старый, надёжный и преданный друг.
© Валерий Клячин.
И давшие жёсткий отпор немчуре под Москвою,
И вскрывшие недра Сибири для блага страны,
И те, кто с народом был связан такою судьбою,
Что словом громил перепуганных слуг сатаны, -
© Валерий Клячин.
Она обретала в глазах моих образ иконы,
В которой был явлен весь путь Православной Руси,
На всём протяженье его проходящий под сонным
Покровом туманов, сверкающих в каплях росы.
© Валерий Клячин.
И тотчас туман, как застигнутый в храме грабитель,
Упал на колени и стал доставать из мешков
Всё то, что веками скрывала святая обитель
От глаз посещавших её без любви ходоков.
© Валерий Клячин.
Казалось, и вся распростёртая к солнцу земля
От Камы до сопок Манчжурии погружена
В холодный туман, как упрямый бушприт корабля,
Плывущего в ночь по тревожным мальчишеским снам.
© Валерий Клячин.
На крыльях заката я снова примчался к Байкалу,
И он в этот раз был приветлив и нежен ко мне.
Чуть слышно волна на камнях его что-то шептала,
А горы спокойно дремали, скрываясь во мгле.
© Валерий Клячин.
Ещё я смотрел на леса и озёра Кузбасса,
Ещё удивлялся тому, как богат Енисей
Тайгой на его берегах, обступающей трассу,
Как море – корабль, неуверенный в цели своей.
© Валерий Клячин.
У стен победившей соблазн преисподней Раифы,
Какую хранит по молитвам Пречистой Господь,
Я думал: кому так нужны эти лживые мифы
О том, что сгубил себя пьянством наш трезвый народ?
© Валерий Клячин.
Весь путь от Уфы до простёртой вдоль Волги Казани
Меня нагонял нарастающий топот копыт
Летящих с Байкала колчаковских конниц. Казалось,
Что вся-то Сибирь вместе с ними за мною летит.
© Валерий Клячин.
Ночуя в похожих на сельские избы «мотелях»,
Я жадно вдыхал их на квасе настоянный дух,
Каким опьянить меня с детства навеки сумели
Овсяные руки заботливых русских старух.
© Валерий Клячин.
Однако Сибирь, как девица на первом свиданье,
Не сразу дала мне своей насладиться красой,
Пленяя меня неизбывной тоской ожиданья,
Туманя мой взгляд неуместной скупою слезой.
© Валерий Клячин.
НА ТРОПАХ АЛТАЯ
© Валерий Клячин.
Ещё в пробудившемся Бийске меня оглушила
Молитва, в которой, как в шёпоте поздней листвы,
Звучало тревожное: «Господи, ты нас помилуй…»,
С отчаянным ропотом: «…и защити от москвы»*.
© Валерий Клячин.
Грозны и напористы были те бийские воды,
Глубоко дышали они меж своих берегов,
Напившись из глаз Алтын-Кёля** студёной свободы,
Вглядевшись в косматые гривы его облаков.
© Валерий Клячин.
Её осознать нам ещё и сейчас не по силам,
Но сила народа в раскатах Катуни гудёт,
И едет, бредёт, прилетает на сломанных крылах
К катуньскому берегу жаждущий силы народ.
© Валерий Клячин.
То вдруг восставали на месте привычных обочин
Громады похожих на орды Кучума лесов,
И слышался топот копыт из сгустившейся ночи,
И страшен был вой оглушавших мотор голосов.
© Валерий Клячин.
Я ехал обратно, и вроде бы должно мне было
Вздыхать по своей незадавшейся, бледной судьбе
Да думать о том, что теперь уже только могила
И может мечтою манить меня в гости к себе.
© Валерий Клячин.
Кому же такое смурное видение счастья
Придётся по нраву и будет желанным всю жизнь,
А столь очевидно безпечное Божье участье
Воспримет как благословение чуткий мужик?.. »
© Валерий Клячин.
Из самого сердца печальной отчизны моей,
Из гущи лесов, из просторов степей, из болот
Ты черпаешь силу, и каждый убогий ручей
С тобою становится валом безудержных вод.
© Валерий Клячин.
Я злился и плакал, с уныньем давя на педали
И видя уставших от вечной тоски мужиков,
Покуда мой взгляд не упёрся в безкрайние дали
Сибирской земли за порогом уральских хребтов.
© Валерий Клячин.
Уже я сознал, что, помимо Байкала, едва ли
Найдётся такое же место на грешной земле,
Где даже и в самой глубокой душевной печали
Не трудно увидеть луч света в сгустившейся мгле.
© Валерий Клячин.
Уже и стучали в висках моих мрачные думы
О том, что не зря мой народ не бежит за Урал,
Хоть новые баре его пострашнее Кучума,
И кровью пропитан их сытый звериный оскал.
© Валерий Клячин.
Лишь тихо хрипящие в пыльных динамиках стоны
Бездарных кастратов смердящей гламуром Москвы
Порой нагоняли тоску на роскошные кроны
Сибирских берёз и цветущий тюменский ковыль.
© Валерий Клячин.
Казалось бы, путь тот невзрачен, уныл и безцелен,
И может быть прерван внезапным набегом врагов,
Но кто без лукавства России и Господу верен,
Избавлен он жутких, навеянных бесами снов.
© Валерий Клячин.
Подолгу смотрел я на мир деревенских задворок
В курганских степях или южно-уральских лесах,
И всякий плетень был мне так же мучительно дорог
Как гребень у мамы в редевших её волосах.
© Валерий Клячин.
И вот, наконец-то, ангарские светлые струи
Блеснули в окошках прибрежных иркутских домов,
И скоро я мчался, желанную близость почуя,
К ожившим виденьям моих восхитительных снов.
© Валерий Клячин.
Однако – подумалось мне – Ангаре с Алтынкёлью
Хватило ума сохранить прирождённую связь
Со славным отцом, а любовь к непокорству и воле
Объяла сибирские реки в единую масть.
© Валерий Клячин.
Когда же дерзнул я войти в его жгучие воды,
Он крепко меня своей жёсткою дланью объял,
И страшно мне стало во власти столь жуткой свободы,
Какою в морях обладал лишь девятый их вал.
© Валерий Клячин.
В Казани открылась мне правда о нашем народе,
Отнюдь не покорно взиравшем, как гибнет страна
Под игом безумных и подлых властей инородных,
Которых из ада поставил нам сам сатана.
© Валерий Клячин.
Конечно, кем был для него я? Всего лишь
Заезжим туристом, каких на Листвянке не счесть?
Московским писакой, забредшим сюда поневоле
С надеждой, что Муза особенно ласкова здесь?
© Валерий Клячин.
Сначала Байкал меня встретил как блудного сына,
С холодной усмешкой глядя на одёжку мою,
И делая вид, что не видит, какие седины
Добыл я себе в непрестанном духовном бою.
© Валерий Клячин.
И вправду, Урал мне примнился таким же порогом,
Как школьный, с какого видны лишь намётки судьбы,
Но в плотном тумане её утопает дорога,
В которой ещё не торчат верстовые столбы.
© Валерий Клячин.
А утром я вышел опять на проснувшийся берег,
И долго вступал по сверкающим камням в Байкал,
Которому я, как надёжному другу, поверил,
Которому я, как родному отцу, доверял.
© Валерий Клячин.
Конечно, не мало таких, кто не ведая Бога,
Упал, поражённый смертельною этой чумой,
Однако повсюду в моей не короткой дороге
Народ как добротный хозяин вставал предо мной.
© Валерий Клячин.
Не так же ль она то в себе, как Байкал, замыкалась,
То счастья искала вдали от своих родников?
И вот уж опять остаётся лишь самая малость
До дня ликованья её соблазнивших врагов.
© Валерий Клячин.
Уже я не видел в ней прежней туманной границы
Меж двух не похожих одна на другую Россий,
А ангел, на две стороны обращающий лица,
Мне просто примнился, когда я у Бога просил
© Валерий Клячин.
По горной дороге поднявшись к стенам Златоуста
И вправо, и влево в смятенье вертя головой,
Испытывал я позабытые в странствии чувства,
Смутившие мой столь недолгий душевный покой.
© Валерий Клячин.
«Но кто же решится в такой неприветливой хмари,
Какая столь неотвратимо объяла меня,
Не видя терзающих русскую вотчину тварей,
Не видеть и проблесков нового, светлого дня?
© Валерий Клячин.
Байкальские ветры меня захлестнули задолго
До встречи с державным владыкой сибирской земли.
Ещё подбегали ко мне города и посёлки,
Деревни и автозаправки в дорожной пыли.
© Валерий Клячин.
Из смутной дали выплывали то редкие рощи,
То непроходимые чащи кудрявых берёз,
То вдруг открывались, как в церкви нетленные мощи,
Стога, знаменуя богатый и сочный покос.
© Валерий Клячин.
Когда-то судьба насмеялась до слёз надо мной,
Направив стезю моей жизни в чужие края,
Где солнце всходило, как тать, за моею спиной,
Толкая к закатам в солёных гольфстримских морях.
© Валерий Клячин.
В той песне всё чаще и чаще мне слышался зов
Байкальского ветра к душе одичалой моей
Порушить заклёпы гнилых европейских оков
И вольным бродягою стать до скончания дней.
© Валерий Клячин.
Когда же дорога меня приводила к высоким
Домам и цветущим бульварам сибирских столиц –
Мне вдруг вспоминались «Онегина» вечные строки
О трепетных ножках и нежности девичьих лиц.
© Валерий Клячин.
И тут я услышал, как будто сквозь сон, как над Русью -
И здесь, и у Волги, и в Устюге, и на Дону -
Гудит без горчинки унынья и сладости грусти
Тревожный набат, на войну поднимая страну.
© Валерий Клячин.
Сама же река в безудержном и грозном теченье
Страшна и похожа на ту богатырскую рать,
Какую скликает Христос во своё ополченье,
Чтоб яростный бой сатанинскому воинству дать.
© Валерий Клячин.
Все те, кто когда-то мечом очищал от безбожных
Кочующих полчищ сибирскую землю, и те,
Кто чаял свободы Руси в частоколах острожных,
И те, кто за веру страдал, как Господь, на кресте,
© Валерий Клячин.
Поехав от моря в нерусские горы к Аршану,
И грустно вздыхая о том, что не хочет Байкал
Лечить мою давнюю душу изъевшую рану,
В широкой долине я бурный Иркут повстречал.
© Валерий Клячин.
Вот тут и узнал я… Мне Бия сама рассказала
Про ту нестерпимую и неизжитую боль,
С какою рассталась когда-то с суровым Байкалом
Бежавшая в Горный Алтай его дочь Алтынкёль.
© Валерий Клячин.
В байкальской груди, под всевидящим Божеским оком,
В тени молчаливых, но дышащих громом Саян,
В которых Россия издревле с безбожным востоком
Ведёт далеко не слащавый любовный роман.
© Валерий Клячин.
Но тут же я понял, что мудрый Байкал не для смеха
Пугает меня, проявляя холодную страсть,
А хочет сказать, что в руках своих держит от века
Над всею Сибирью никем не рушимую власть.
© Валерий Клячин.
И вся-то Россия мне виделась словно воткнувшей
Гребёнку Урала в длиннющие косы свои,
Начало которых полесской завязано глушью,
А кончики - там, где амурским муссоном сквозит.
© Валерий Клячин.
Пожалуй, когда бы над всей этой сонною жутью
Не виделся мне голубой, как мечта, небосвод –
В безрадостном, горьком унынье прервался бы путь мой,
И я никогда б не увидел сибирских красот.
© Валерий Клячин.
Чем дальше я ехал по Чуйскому тракту на Чую,
Тем громче ревела Катунь под дорогой моей,
А в Майме, у волн её в зыбкой палатке ночуя,
Я слушал упрямое ржанье всё тех же коней.
© Валерий Клячин.
И видел при свете луны над вершинами спящих
В небесных объятиях гор, как во тьме предо мной
По камням Катуни скакали в кольчугах блестящих
Бессмертные души вступающих в праведный бой.
© Валерий Клячин.
Тотчас же глаза мои словно прорвали завесу
Всю жизнь омрачавшей мой путь по земле слепоты,
И русский простор, как безмерность от леса до леса,
Явил мне картину почти неземной красоты.
© Валерий Клячин.
А может быть, просто былым ходоком за туманом,
Каких уже не сыщешь в таёжных сибирских краях,
Ему я казался, и он, опасаясь обмана,
Крутою волною внушал мне мистический страх.
© Валерий Клячин.
Так думал я, глядя кругом и не видя причины
К тому, чтобы выйти неправым в сомненьях моих:
Всё те же туманы клубились пред самой машиной,
Все так же дорога тонула, как в проруби, в них.
© Валерий Клячин.
Я видел их список. И в пышных садах Барнаула,
И в Новосибирске над Обью у сумрачной ГЭС,
И всюду, куда бы дорога моя ни свернула,
Я видел их список на фоне сибирских небес.
© Валерий Клячин.
РУССКАЯ ЗЕМЛЯ
© Валерий Клячин.
Конечно, мне это всего лишь казалось. Москву я,
И Суздаль, и Нижний, и Тверь, и Калугу, и Плёс
Любил, и всю жизнь, по Руси Православной тоскуя,
О доле её не умел и помыслить без слёз.
© Валерий Клячин.
** - Алтын-Кёль (Алтынкуль, Телецкое, Золотое) – озеро в Горном Алтае, связанное (по легенде) подводным течением с Байкалом; из него вытекает река Бия, образующая после слияния с Катунью Обь.
© Валерий Клячин.
Я чувствовал тот чудодейственный воздух свободы,
Какого уже не вдохнёшь на исконной земле
Опять повернувшего взгляд свой на запад народа,
Чей путь утопает в тлетворной кладбищенской мгле.
© Валерий Клячин.
И так же Москва представлялась бесовской столицей
Живущим и справа, и слева от сказочных гор
И прячущим в доме своём под его половицей
Наточенный к нужному часу заветный топор.
© Валерий Клячин.
Не зря же и храмов в Сибири не меньше, чем в нашей
Европой задавленной, но не предавшей Христа,
Великой Руси, для которой мучительства чаша
И ныне и присно до самых краёв налита…
© Валерий Клячин.
И я заспешил поскорее вернуться на Волгу,
И вот уж опять предо мною дорожная даль,
Но в спину мне смотрит не стыд умирающим волком,
А тот же наш Ангел, что крест на дорогу мне дал.
© Валерий Клячин.
Лишь только мой конь (а для нынешней жизни – машина)
Нащупал за Волгой к Уралу проложенный путь,
Я понял, что вся-то заволжская наша равнина -
Большая дорога, с какой невозможно свернуть.
© Валерий Клячин.
И справа, и слева лежала всё та же Россия,
И те же леса простирались на две стороны,
И те же кресты под рубахами люди носили,
И та же мечта посещала их вещие сны.
© Валерий Клячин.
Годами не видя ни Волги, ни русских полей,
Ни Бога в полночных мерцаньях церковных лампад,
Лишь крыльями к ним направляющих путь журавлей
Я тешил средь диких штормов свой скучающий взгляд.
© Валерий Клячин.
Я думал: на что ей сдалась эта шлюха Европа,
В которой и правда, и вера, и мудрость, и честь
Давно уже сгинили под илом «второго Потопа»,
А мерзких грехов, как опарышей в трупе, не счесть?
© Валерий Клячин.
Уже и туманы мне виделись столь же святыми,
Как в древнем Залесье над храмами чуткой Нерли,
А очи небес были так же светло голубыми,
Как глади озёр в закоулках поморской земли.
© Валерий Клячин.
История блудного сына известна, и я
Вернулся таким же унылым к своим берегам,
И так же меня не презрела родная земля,
Поверив моим безутешным сыновним слезам.
© Валерий Клячин.
Как будто услышал шаманский я стон из дацана
У сонных подножий укутанных в облаки гор,
И снова заныла моя обнажённая рана,
И снова я полон был силы начать разговор
© Валерий Клячин.
То вдруг озарялись каким-то нездешним сияньем,
Меняя и цвет, и прозрачность трепещущих волн,
А мощные крылья чуть видимым их колыханьем
Рождали внезапные ветры, и бури, и шторм.
© Валерий Клячин.
Как крепок Байкал, так крепка и сибирская вера.
Не зря же в тайге обрели свой надёжный приют
Живущие с Богом и правдой в душе староверы,
Какие на ценности мира, как в бесов, плюют.
© Валерий Клячин.
Лишь в нём наша сила и в будущей брани опора,
И он от занявших Москву оккупантов спасёт
Унывшую Русь, на борьбу выводя из затвора
Всех тех, кто вдоль Волги духовную битву ведёт…
© Валерий Клячин.
Повсюду я видел дома под надёжною крышей,
Торгующих мёдом, грибами и ягодой жён,
Повсюду слова о грядущем восстании слышал:
Из гроба, как Лазарь, которым был тлен побеждён.
© Валерий Клячин.
Лишь искры заката из зеркала заднего вида
В безумном стремленье навеки меня ослепить
Подчас вызывали в душе моей грусть и обиду,
Но чаще – желанье прикрыть столь навязчивый вид.
© Валерий Клячин.
В задумчивых храмах молились не жалкие люди,
А полные веры, любви и надежды сыны
И дочери новой России, которая будет
Им даром за мужество в бранях духовной войны.
© Валерий Клячин.
ТУМАНЫ
© Валерий Клячин.
Господь ли услышал мой тихий молитвенный стон,
Иль Матушка-Волга волной подхлестнула меня –
Внезапно был прерван мой непрерываемый сон,
Я и оседлал приунывшего в стойле коня.
© Валерий Клячин.
Я слушал, и вдруг ужаснулся непрошенной мысли
О том, что легенды о реках Сибири таят
Намёк на великие беды, какие нависли
Над родиной нашей сейчас и столетья назад.
© Валерий Клячин.
Казалось бы, здесь, в глубине этих вольных просторов,
Вдали от лукавых и хищных усмешек Кремля,
Верней защититься от хама, убийцы и вора,
Обрекшего тлену приволжские наши поля.
© Валерий Клячин.
Немало морей довелось повидать мне когда-то,
С самим океаном я вёл разговоры на «ты»,
Однако Байкал был не только водою богатым,
И не было дела ему до его красоты.
© Валерий Клячин.
Он словно спустился, как Ангел, на грешную землю
И был молчалив и угрюм, только взоры его,
Людской суеты и пустой болтовни не приемля,
То меркли, как будто не видя вокруг ничего,
© Валерий Клячин.
А скоро услышал я крики дружин Пугачёва,
Ведущих с Поволжья восставший казачий народ,
Сливавшийся с грозною силою войска Христова,
Которое в храмах Руси поднималось в поход.
© Валерий Клячин.
Сама же дорога казалась такой же недолгой,
Как мутные взоры её освещающих фар,
Навстречу которым катился без смысла и толку
Лишённый лучей и сияния солнечный шар.
© Валерий Клячин.
Ещё я не смыл с себя запах свирепой Катуни
И видел на небе улыбки алтайских друзей,
И был оглушён голосами нежданных раздумий, -
А ветры Байкала уж выли в машине моей.
© Валерий Клячин.
А скоро я вышел на берег нахмуренной Бии,
Какая с тревожной Катунью вела разговор
О том, что Россию в Сибири ещё не убили,
Хотя и ползут к ней от Волги разор и позор.
© Валерий Клячин.
Зачем она с видом сбежавшей из дома собаки
Пред каждым ханыгой виляет поджатым хвостом,
Тогда как кормилец её в безсознательном страхе
Впускает воров в свой просторный наследственный дом?..
© Валерий Клячин.
От болдинских лип до дивеевских вод освящённых
Я ехал, как едет по русской земле богатырь,
Везя на плечах снисходящую с Неба икону,
В которой в очах у Христа и Москва, и Сибирь.
© Валерий Клячин.
Суровая строгость его мне уже не мешала –
Я знал, что она и сплотила когда-то Сибирь,
В могучий народ, что растёт под ветрами Байкала,
Как тот наш, былинный, и ждущий свой час богатырь.
© Валерий Клячин.
С неё невозможно вернуться обратно на запад,
Откуда мой пращур с надеждой взирал на восход,
Вдыхая пьянящий, на воле настоянный запах
Дремучих лесов, густотравных полей и болот.
© Валерий Клячин.
Однако дорога… От Волги до Вятки и Камы
Она, как капустный рассол, отрезвляла мой ум,
И с каждой верстой, чертыхаясь на кочках и в ямах,
Я был вовлекаем в пучину безрадостных дум.
© Валерий Клячин.
Я ехал Сибирью, но мне уж теперь не казалась
Сибирь забугорной и чуждой России страной,
Уже, как под Ржевом, я ту же испытывал жалость
И к каждой берёзке, и к каждой ветле над рекой.
© Валерий Клячин.
По тропам Алтая нельзя обойти стороною
То место, в котором Сибирь родила Шукшина,
Откуда однажды промчалась над спящей страною
И раненой птицей влетела к нам в души вина.
© Валерий Клячин.
И так же, как школу, учившую многие годы
Нас правде и чести под оком безчестных властей,
Мы вмиг забываем, почувствовав ветер свободы, -
Я скоро забыл о стране за спиною моей.
© Валерий Клячин.
И вот уж я вижу сквозь них проступающий лик
Подобного солнцу в тягучем плену облаков,
Двуглавого ангела страждущей русской земли,
Глядящего в душу мою из минувших веков.
© Валерий Клячин.
И вдруг… То ли страх разомкнул мои хмурые веки,
А может, кольнула их болью всё та же слеза –
Лишь только решил я проститься с Сибирью навеки,
Как тут же мой взгляд притянули к себе небеса.
© Валерий Клячин.
И верно, как Бия неслась предо мной, вырываясь
Из недр Алтын-Кёля, под стать вороного коня,
Такой же была и Катунь, устремляясь с Алтая
Вдоль Чуйского тракта и не замечая меня.
© Валерий Клячин.
Прощаясь с Алтаем в унылых горах Салаира,
Я видел такой же, как в болдинской дымке, пейзаж,
И так же мне сердце, стуча и щемя, говорило,
Что здесь ещё Ангел-Хранитель единственный наш.
© Валерий Клячин.
Однако, читая его по дороге к Байкалу
И чувствуя, как разрывается в клочья душа,
Я помнил, что Волга такой же мне список писала,
Когда я тугим её ветром под Решмой дышал.
© Валерий Клячин.
* - из стихотворения проживающего в Бийске поэта Сергея Филатова;
© Валерий Клячин.

---

Версия текста стихотворения «Двуглавый ангел поэма дороги» в переводе на английский язык.

---

Ошибка перевода

---

Эпилог к стихотворению «Двуглавый ангел поэма дороги».

---

Я был рад представить вам плод долгих часов творческого труда — это стихотворение, «Двуглавый ангел поэма дороги», является результатом глубоких размышлений и искреннего стремления поделиться с вами частью души поэта. Автор, Валерий Клячин, трудился над ним, стремясь не просто выразить мысли и чувства, но и создать нечто большее — произведение, способное затронуть сердца и оставить след в вашей памяти. Каждая строка стихотворения «Двуглавый ангел поэма дороги» — результат тщательного отбора слов и рифм, поиска гармонии и баланса между формой и содержанием. Автор, Валерий Клячин, стремился не только к красоте языка, но и к тому, чтобы каждая строка несла в себе определённый смысл, идею или эмоцию. Работа над стихотворением «Двуглавый ангел поэма дороги» была настоящим путешествием — путешествием по волнам слов и эмоций. Автор, Валерий Клячин, погружался в мир своих мыслей и переживаний, искал вдохновение в окружающей действительности, в природе, в людях, в искусстве. И каждая найденная мысль, каждое ощущение становились частью стихотворения «Двуглавый ангел поэма дороги». Мы уверены, что произведение «Двуглавый ангел поэма дороги» нашло отклик в ваших сердцах. Возможно, вы увидели в нём отражение своих мыслей и чувств, нашли ответы на вопросы, которые давно искали, или просто насладились гармонией рифм и мелодией слов. Поэзия — это искусство, которое может многое: тронуть самые глубокие струны души, заставить сердце биться в унисон с ритмом строк, научить видеть прекрасное в простых вещах, ценить моменты и находить радость в мелочах. И мы надеемся, что стихотворение «Двуглавый ангел поэма дороги» стало для вас не только источником вдохновения, но и способом погрузиться в мир новых эмоций и открытий. Не бойтесь погрузиться в мир поэзии — даже если вы не всегда понимаете её с первого взгляда, дайте себе время и возможность привыкнуть к новым ощущениям. Читайте, размышляйте, чувствуйте — и вы обязательно найдёте то, что тронет вашу душу.

---

Скачать дополнительную книгу со стихами, которую всем рекомендуется почитать на досуге.

---

Редактор всех текстов сайта Андрей Яцук.

У сайта Stihi.Yatsuk24.Ru самый низкий показатель отказов со стихотворением «Двуглавый ангел поэма дороги» среди всех сайтов со стихами в интернете, потому что его можно читать, слушать, смотреть видео.

---

В отличие от других сайтов, сайт Stihi.Yatsuk24.Ru имеет инновационный подход к подаче стихотворения «Двуглавый ангел поэма дороги» читателю: читатель может не только читать стихотворение, но и слушать его; также он может прочитать или послушать пролог и эпилог к стихотворению, посмотреть имеющееся видео о стихотворении, узнать, кто автор произведения, посетить его страницу, оставить или прочитать комментарии к произведению автора, получить бонусы.