|
Читайте бесплатную книгу «Брат ушёл за братом...» с прологом, эпилогом и стихами, автор которой Сергей Декопольцев.
Тираж: 15 000, Цена: 0 рублей. Издательство: Сайт Stihi.Yatsuk24.Ru
Пролог к стихотворению «Брат ушёл за братом...».
В мире, где живое слово всё сильнее растворяется в цифровом шуме, где речь стремительно упрощается до значков и сокращений, особенно дорог текст, способный заставить нас замедлиться — вслушаться в интонации, всмотреться в смыслы. Именно таким предстаёт перед читателем стихотворение, которое написал поэт Сергей Декопольцев, «Брат ушёл за братом...»: оно не цепляет броскими метафорами и не бьёт наповал эффектными образами. Его мощь — в тихой глубине, в том, как сквозь внешне простую словесную ткань проступает сложный узор человеческих чувств.
Поэзия издревле служила мостом к невыразимому: она возводит частное до уровня всеобщего, мимолетное превращает в вечное, а личный опыт — в общечеловеческий. Стихотворение, которое написал поэт Сергей Декопольцев, продолжает эту традицию, предлагая читателю не поверхностный диалог, а подлинный разговор о том, что лежит за гранью привычных слов. Здесь нет ни назидательности, ни попыток навязать единственно верную трактовку — лишь щедрое поле для размышлений, где каждый может отыскать собственный смысл.
Чем же выделяется «Брат ушёл за братом...»? Прежде всего — неповторимой интонацией. Она избегает пафоса, но не скатывается в будничность; она сдержанна, но не безжизненна. В ней ощущается та тонкая грань искренности, которая не превращается в откровенность напоказ, оставаясь в рамках художественного высказывания. Автор словно говорит: «Я не стану доказывать свою правоту — лишь покажу мир моими глазами. А твоё мнение — дело твоё».
Не менее значим и образный строй стихотворения. Поэт Сергей Декопольцев не гонится за экзотикой: его образы рождаются из повседневности, из тех мелочей, что обычно ускользают от нашего внимания. В этом и кроется истинное мастерство — разглядеть в привычном нечто важное, обнаружить поэзию в обыденном. Его слова не приукрашивают реальность, а раскрывают её потаённую красоту — ту, что существует независимо от нас, но становится видимой лишь тогда, когда мы готовы её увидеть.
Особую прелесть стихотворению придаёт его музыкальность. Речь не только о формальных элементах — рифме и ритме (хотя и они важны), — но о том, как слова сливаются в единую мелодию. Это не громогласная симфония, а камерное звучание — то, что воспринимается не слухом, а сердцем. Оно не оглушает, а мягко проникает в душу, оставляя тихий, но прочный след.
Примечательна и работа стихотворения со временем. Оно не спешит, не пытается уместить всё в несколько строк. Напротив, оно намеренно замедляет читателя, побуждая задержаться на каждой фразе, вслушаться в паузы между словами. В этом — его уникальная ценность: оно позволяет не просто прочесть текст, а прожить его, сделать частью собственного опыта.
Итак, «Брат ушёл за братом...» Поэта — не просто последовательность строк, а целое пространство для созерцания и переживания. Оно напоминает: поэзия — не украшение речи, а путь к чему-то большему, чем мы сами. Это призыв остановиться, взглянуть на мир под иным углом и услышать то, что обычно остаётся за пределами нашего восприятия. В этом — его истинная сила и очарование.
Оригинальная версия текста стихотворения «Брат ушёл за братом...».
БРАТ УШЁЛ ВСЛЕД ЗА БРАТОМ… 19 ноября не стало Бориса Натановича Стругацкого.
…Может, кто-нибудь возмутится, прочитав, как я критикую человека, который недавно ушёл из жизни. «О мёртвых либо – хорошо, либо – ничего. » - есть такая мудрость. Но поймите: для меня братья Стругацкие всегда останутся живыми современниками! Как и для десятков, сотен тысяч других любителей фантастики! Они (Стругацкие) уже вошли в историю советской и русской литературы, советской и русской фантастики. А те люди, чьи имена принадлежат истории будут жить вечно…
Сергей Декопольцев.
…Вот теперь не стало и другой половины этого необыкновенного литературного тандема – «коллективного автора», имя которому – «братья Стругацкие».
Сначала – даты. (Для тех – кто не в курсе). Аркадий Натанович родился 26 августа 1925 года – умер 12 октября 1991-го. Борис Натанович появился на свет 15 апреля 1933 года – умер 19 ноября 2012-го. Обоим довелось пережить ленинградскую блокаду. Старший брат (читатели-фанаты и родные называли его сокращенно – «АН») в 1943-м был призван в армию, окончил Актюбинское миномётное училище, потом стал слушателем японского отделения восточного факультета Военного института иностранных языков. После окончания института и до демобилизации служил на Дальнем Востоке.
«БН» - Борис Стругацкий закончил математико-механический («матмех») Ленинградского университета, был приглашен аспирантом в Пулковскую обсерваторию. Работал на Пулковской счетной станции в должности «инженера-эксплуатационника по счётно-аналитическим машинам» (предтечам современных ЭВМ).
…Все эти данные я взял из очень информативной (это её главное достоинство) книги Бориса Вишневского «АРКАДИЙ и БОРИС СТРУГАЦКИЕ: ДВОЙНАЯ ЗВЕЗДА. » Книга писалась в то время, когда Аркадия Натановича уже не было в живых, и представляет собой запись бесед между автором и Борисом Стругацким с добавлением некоторых документов. (Нечто, весьма похожее по структуре на книгу Феликса Чуева «Сто сорок бесед с Молотовым». ) И хотя труд Вишневецкого претендует на всеобъемлющий биографический очерк автора «братья Стругацкие», я бы назвал его – «Борис Натанович о творчестве братьев Стругацких». Потому все, кто знал этот литературный тандем отмечали, что оба брата были ОЧЕНЬ РАЗНЫМИ. Различия были во всём: начиная от внешности (что неудивительно), и кончая характером и мировоззрением. В своих интервью БН сам признает, что его старший брат более эмоционален, более общителен и отзывчив, чем он.
«…Вообще-то он был добр не только к людям, он был добр к человечеству, а следовательно – к его истории…» - признаётся БН. (Б. Вишневецкий «Аркадий и Борис Стругацкие: двойная звезда. » стр. 32. Из-во АСТ Москва, )
Расшифруем это признание Мастера. В своих многочисленных заявлениях и интервью Борис Натанович не раз и не два настойчиво подчёркивает: «…Мы с братом – из поколения Шестидесятников…» Для тех, кто не знает такого термина поясню – эти господа раньше ещё любили называть себя «детьми ХХ съезда». Напоминаю: на ХХ съезде КПСС Никита Хрущев огласил «секретный» доклад «О культе личности и его последствиях». Попросту – облил грязью мёртвого Сталина, списав на него, в том числе, и собственные преступления. На волне антисталинской кампании и поднялась тогдашняя либеральная интеллигенция – сиречь «дети ХХ съезда», или «Шестидесятники» (так они зовутся теперь, когда любое упоминание КПСС стало «немодным». Среди них тогда были «продвинутые» (как сказали бы сейчас) поэты и художники, скульпторы и писатели. Хватало и просто озлобленных неудачников. Почти поголовно в лагерь «шестидесятников» зачисляли себя московские обыватели с институтскими дипломами: ехать из родной столицы «в глубинку» по распределению не хотелось, «гореть на работе» дома – тоже. Естественно, поэтому успеха в жизни они не добивались, а поэтому – ругали власть, страну и народ, которые «их не оценили». Сам же БН признается, что на написание первой повести («Страна Багровых Туч») его сподвиг старший брат, приехавший после демобилизации с Дальнего Востока.
«…Если бы не фантастическая энергия АН, если бы не его отчаянное стремление выбиться, прорваться, стать – никогда бы не было братьев Стругацких. Ибо я был в эти годы инертен, склонен к философичности и равнодушен к успеху в чём бы то ни было, кроме, может быть, астрономии, которой, впрочем, тоже особенно не горел…» (Б. Вишневский «Аркадий и Борис Стругацкие: ДВОЙНАЯ ЗВЕЗДА. » стр. 57-58. Из-во АСТ Москва).
То есть столичным интеллигентам Москвы и Ленинграда не зачем было «рвать жилы» для успеха в этой жизни – они и так жили неплохо. (Замечу, это пишет человек, который, пусть и с помощью брата, сумел победить апатию – и «стать». ) Но большого успеха конечно хотелось и столичным «обломовым». Вот только ругать себя, любимых, за лень они не желали. Значит, виновата «проклятая власть»! А так же – «проклятая страна», ну и всякие «хамы и жлобы» (то есть – народ). (Конечно – русский, мы же – интернационалисты, черт побери! Перед любым другим народом – снимаем шапку, а на Запад так вообще молимся! )
И хотя младший Стругацкий вместе с АН начал писать книги о НАСТОЯЩИХ ЛЮДЯХ, всё равно – «шестидесятная закваска» давала о себе знать. Всё осуждение мещан и лентяев («ходят с выбритыми ушами по институту») шло от Аркадия. Все «фиги ненавистной власти в кармане» - «Дикие лебеди», «Град Обреченный», «Отягощение злом…» и т. д. – от Бориса. До поры до времени они как сказочный Тяни-Толкай уравновешивали друг друга. Фраза БН о том, что АН был «добр к человечеству, а следовательно – к его истории», значила, что старший брат был не склонен обвинять окружающих «жлобов и хамов» во всех личных неудачах. Он верил в людей, видел в них, в первую очередь, хорошие черты. Верил в лучшее будущее человечества ( и своего народа, своей страны – заметим! )
Словом, был он скорее всего «стихийным коммунистом-утопистом». Так же как его брат – «шестидесятником» с уклоном в диссидентство. И тут я уже не верю сказанным Борисом Натановичем Вишневскому словам о том, что, мол, «доживи брат до наших дней, он бы тоже одобрил реформы Гайдара, осудил «агрессию в Чечне» и «заклеймил красно-коричневых». Всё вышеперечисленное – это взгляды уважаемого БН. Его брат, возможно, имел бы на всё это другое мнение.
Надо сказать, что «ярые фанаты творчества Стругацких» (в отличии он «нормальных» читателей), зачастую являются и «экстремистами либерального толка». В чем тут дело – не знаю. Конечно, та группа фанатов, которую возглавляет Сергей Переслегин к этому племени не принадлежит. Но остальные… Может быть, авторитет Бориса Натановича влиял на неокрепшие читательские души? Или в полудиссидентской богемной Москве чтение «поздних» Стругацких было признаком вольнодумства и фрондирования? Так же, замечу, как чтение «ранних» - считалось признаком дурного тона. Особенно – «Страны Багровых Туч». Это произведение до то «пришлось не ко двору» демократической «околостругацкой» тусовке и самому БН, что «мэтр» составляя первое полное собрание своих с братом сочинений наотрез отказался включать туда эту повесть. Ну «никак не тянули на демократов и борцов с деспотией» Краюхин, и молодые Быков, Юрковский, Дауге и Крутиков! Да и повстречай эти ребята «постперестроечного» Бориса Натановича и послушай «одобрение реформ Гайдара» - чтобы они сказали? Или – сделали? Хм-м…
Злосчастная «Страна…» настолько намозолила глаза «фанатам-демократам», что один из них (живущий теперь в Израиле) кинулся срочно исправлять положение. В проекте «Время учеников» он представил свой вариант этой повести. Там Быков и Крутиков… одетые в «колючие офицерские шинели» прибывают с Венеры, где добывали из «Урановой Голконды» сырьё… для производства супербомб! Которыми зловредные коммунисты намереваются уничтожить все страны «свовобного мира» (то бишь – США, Западную Европу и, разумеется – Израиль. ) На родине-то этого «писателя» в пустыне Негев на секретном подземном заводе одни шоколадные конфеты производят – это ведь всем известно! А еще один «ученик» превратил неунывающего Поля Гнедых (персонажа романа «Полдень ХХ11 Век») во мрачного охотника за головами инопланетных разумных существ и при этом ярого «красно-коричневого экстремиста»!
Кстати, «демфанаты» намертво молчат об одной весьма выдающейся вещи «мэтров» - «Хищные вещи века». Нет такой повести – и всё! Если и заставишь эдакого «знатока» высказать своё мнение о ней, то услышишь в ответ только невнятное бурчание. Что-то вроде, о «дани стереотипам коммунистической пропаганде». Так же «не ко двору» пришлось и «Второе вторжение марсиан». Критика «общества потребления», даже если это делали «мэтры», нашим демократам как кость в горле!
Да и «Понедельник начинается в субботу. » в критике «демфанатов» представлен довольно однобоко. Всё чаще подчеркивают, что обстановка в НИИЧАВО, дескать, никак не напоминает атмосферу «скучных номерных ящиков». ( А вы что, господа, во всех «номерных ящиках» в советские годы побывали? Вы уверены, что, например, в КБ Ростислава Алексеева, создающего экранопланы царили скука и серость – «там птицы не поют, деревья не растут…»?! А в ленинградском КБ, где уже в ельцинское безвременье (в 92-м) был «доведен до ума» проект воздушно-космического самолёта «Аякс»? А про Звёздный городок, когда там шёл набор в наш «лунный» отряд космонавтов, тоже можно было сказать – «скука смертная»? Ну в тот, командиром которого был назначен Алексей Леонов? А может быть, атмосфера в этих коллективах как раз и была похожа на то упоение работой, что царило в мифическом НИИЧАВО? )
Ещё вспоминая «Понедельник» часто делают упор на его «юмористическую» сторону. Хихикают: «Профессор Выбегайло кушал! » А вот, кстати, подробный разбор истории с «кадаврами Выбегайло» устраивать не решаются. Потому что получится, что еще в то время братья Стругацкие написали убийственную сатиру на наш «мир победившего капитализма»!
Те, кто читал эту замечательную повесть хорошо помнит историю выбегайловской аферы. Профессор Выбегайло (хам, карьерист, лентяй и жулик) решил заработать дешевую славу. Он создал три свои копии-«дубля» наделив их набором нужных ему свойств. Первая «модель» громко называлась «Человек, полностью неудовлетворенный». «…Это несчастное существо, страдающее одновременно от голода и от жажды, болеющее всевозможными болезнями вывалилось из автоклава, огласило Институт потоком невнятных жалоб и издохло… Научная общественность содрогнулась – затея Выбегайлы оборачивалась жуткой стороной. Зато профессор был доволен. Он доказал: «Что если… значить… человеку не давать ни пить… ни кушать, значит… то он будет очень неудовлетворён… и очень даже может помрёт…»
( Здесь можно заметить, что если наше «победное шествие к неограниченному звериному капитализму продолжится» (капиталисты будут стремительно гнать вверх цены на всё, разворовывать и продавать, бесчинствовать в ЖКХ и т. д. ), то нас ждёт участь этой несчастной «первой модели». )
…Второй «кадавр» Выбегайло громко назывался «Человек, неудовлетворённый желудочно». Эта «модель» могла только жрать, а, нажравшись, удовлетворенно дремать. Прямо-таки копия теперешнего обывателя! Телевизор с большим экраном, на котором идут бесконечные телешоу типа «Дома 2», неизменное пиво, гамбургеры, грудастые тёлки. Интеллектуальные запросы? Не смешите мои подковы, как говорил конь Юлий в «мультике» про богатырей! Вы посмотрите на это молодое хамье, что мчатся на иномарках и готовы наброситься с кулаками на любого, что оказался на дороге! Они читают книги? Получают второе образование? Занимаются на досуге изобретательством? Сочиняют стихи? А «на кой» это им? Если есть пиво, тёлки и телевизор-«жвачник»? Они и голосуют-то как один за «медведей», потому что другая партия, пришедшая к власти, может всколыхнуть их уютный мир животных инстинктов – наметить для страны и общества новые цели (это потребует усилий ), а люди-животные всегда ленивы!
Эта бездуховность «второй модели» ярко показана у Стругацких.
…Два ассистента Выбегайлы пытаются читать жрущему кадавру газеты и журналы, включают магнитофон с музыкой, пытаясь пробудить «духовные» потребности. Однако все усилия идут прахом. «…Когда модель жрала, ей было плевать на всякие такие духовные запросы… А, нажравшись, она застывала в «пароксизме довольства» и больше уже ничего не хотела и не желала…»
Кончается всё довольно-таки благополучно: кадавр съел слишком много и… лопнул. Правда, профессор Выбегайло на этом не успокоился. Третья «модель» торжественно называлась «Человек неудовлетворённый полностью или Идеальный Потребитель». Это воистину было самое опасное создание карьериста-жулика!
«…-Ты этого не бойся! – махнул рукой Ойра-Ойра в сторону жрущего кадавра. – Ты вот кого бойся! – он показал на мирно мигающий зелёным огоньком автоклав с «третьей моделью».
По настоянию руководства НИИЧАВО открывание третьего автоклава происходит в безлюдной местности за городской чертой. И даже такая мера предосторожности не уберегает от серьёзной катастрофы. Из открытого автоклава в морозное небо сначала поднимается столб пара. Затем раздается нечеловеческие вой. В образовавшуюся воронку втягиваются модная одежда, золотые украшения, кошельки, автомобили… Горизонт начинает скручиваться! Если бы не вмешательство «мэтров магии» Киврина и Кристобаля Хунты… «Идеальный потребитель» оказался натуральным олигархом-чиновником-банкиром! Он захапал всё мало-мальски ценное, до чего смог дотянуться, а затем попытался закуклить пространство и остановить Время… Ну точь-в-точь как действуют сейчас Ходорковские-Абрамовичи-Березовские! Как поступают «ведьмистры»-чиновники, делая «отпилы и откаты», оставляющие без денег любой проект по развитию страны! Как делают банкиры-биржевики, выжимающие деньги из реального производства и науки, закрывая заводы и институты, и уводя капиталы в виртуальное пространство биржевых игр! Они и пространство готовы «закуклить» отгородясь в пределах Москвы от «быдла, которое за МКАДом»! И насчёт остановки Времени всё понятно. Зачем этим «идеальным потребителям» исследования глубокого Космоса и освоение Океана. Уйдут люди в океанские глубины, или расселятся по Солнечной системе, а с кого потом деньги драть?! Да и накладны эти расходы – когда только будет отдача от новых технологий и материалов! А денежки от биржевых спекуляций – вот они! Живые!
Возможно, братья Стругацкие, когда писали это и в мыслях не имели, что создают картину-предупреждение. Образ варианта нежелательного Будущего. Я всё время думаю, а увидел ли Борис Натанович здесь убийственную аналогию, горькое пророчество? Уловил ли несомненное сходство между выбегайловским «идеальным потребителем» и сырьевыми олигархами, столь милыми сердцу так любимого им Гайдара?
Ещё одна значительная вещь Стругацких – небольшая повесть «Парень из преисподней. » Она замечательна, и не только тем, что Корней Яшмаа живёт по крайней мере лет на сто позже Горбовского и Максима Каммерера (чтобы не говорили фанаты творчества Аркадия и Бориса Стругацких – это совершенно другое время, другая техника, другие люди). Здесь пацифисты-Стругацкие постарались выразить всё свое неприятие так называемой «современной военщины». Герой повести – «бойцовый кот» Гаг – парень, который воюет почти всю жизнь. Ну и… мыслит соответственно. Прямолинейно. Всех делит на «друзей», «командиров» и «врагов». Стругацкие стремятся показать, как мучительно трудно ему избавиться от груза «психологии войны». (Кстати, он от этого так и не избавился – при первой возможности сбежал на родную планету. ) И на этом можно было закончить разбор повести (её лучше самому прочитать), но… Уже в наше время Михаил Успенский в проекте «Время учеников» написал продолжение – повесть «Змеиное молоко», по-своему очень замечательную вещь! О том как действия прогрессоров на родной планете Гага по прекращению войны привели к всеобщей разрухе, эпидемиям и кровавому хаосу. (Очень напоминает наши 90-е. ) И только «просвещенная военная диктатура» может решить эти проблемы, потому что в эпоху всеобщего помешательства слова уже бесполезны…
…Но, пожалуй, довольно. О творчестве братьев Стругацких, о поднятых в их произведениях проблемах, о заданных ими вопросах, на которые каждый даёт свой (именно – свой! ) ответ можно говорить часами…
Прах Бориса Натановича Стругацкого был развеян над Пулковскими высотами, там же, где двадцать с небольшим лет до этого был развеян прах его брата. Так что же – Стругацкие ушли – и «Двойная Звезда» погасла? Нет! Она продолжает светить нам! Заставляет думать, отчаянно не соглашаться, спорить, искать свои пути и свои ответы…
Спасибо им за это!
Версия текста стихотворения «Брат ушёл за братом...» в обратном порядке.
Ещё одна значительная вещь Стругацких – небольшая повесть «Парень из преисподней. » Она замечательна, и не только тем, что Корней Яшмаа живёт по крайней мере лет на сто позже Горбовского и Максима Каммерера (чтобы не говорили фанаты творчества Аркадия и Бориса Стругацких – это совершенно другое время, другая техника, другие люди). Здесь пацифисты-Стругацкие постарались выразить всё свое неприятие так называемой «современной военщины». Герой повести – «бойцовый кот» Гаг – парень, который воюет почти всю жизнь. Ну и… мыслит соответственно. Прямолинейно. Всех делит на «друзей», «командиров» и «врагов». Стругацкие стремятся показать, как мучительно трудно ему избавиться от груза «психологии войны». (Кстати, он от этого так и не избавился – при первой возможности сбежал на родную планету. ) И на этом можно было закончить разбор повести (её лучше самому прочитать), но… Уже в наше время Михаил Успенский в проекте «Время учеников» написал продолжение – повесть «Змеиное молоко», по-своему очень замечательную вещь! О том как действия прогрессоров на родной планете Гага по прекращению войны привели к всеобщей разрухе, эпидемиям и кровавому хаосу. (Очень напоминает наши 90-е. ) И только «просвещенная военная диктатура» может решить эти проблемы, потому что в эпоху всеобщего помешательства слова уже бесполезны…
…Но, пожалуй, довольно. О творчестве братьев Стругацких, о поднятых в их произведениях проблемах, о заданных ими вопросах, на которые каждый даёт свой (именно – свой! ) ответ можно говорить часами…
Прах Бориса Натановича Стругацкого был развеян над Пулковскими высотами, там же, где двадцать с небольшим лет до этого был развеян прах его брата. Так что же – Стругацкие ушли – и «Двойная Звезда» погасла? Нет! Она продолжает светить нам! Заставляет думать, отчаянно не соглашаться, спорить, искать свои пути и свои ответы…
Спасибо им за это!
Кончается всё довольно-таки благополучно: кадавр съел слишком много и… лопнул. Правда, профессор Выбегайло на этом не успокоился. Третья «модель» торжественно называлась «Человек неудовлетворённый полностью или Идеальный Потребитель». Это воистину было самое опасное создание карьериста-жулика!
«…-Ты этого не бойся! – махнул рукой Ойра-Ойра в сторону жрущего кадавра. – Ты вот кого бойся! – он показал на мирно мигающий зелёным огоньком автоклав с «третьей моделью».
По настоянию руководства НИИЧАВО открывание третьего автоклава происходит в безлюдной местности за городской чертой. И даже такая мера предосторожности не уберегает от серьёзной катастрофы. Из открытого автоклава в морозное небо сначала поднимается столб пара. Затем раздается нечеловеческие вой. В образовавшуюся воронку втягиваются модная одежда, золотые украшения, кошельки, автомобили… Горизонт начинает скручиваться! Если бы не вмешательство «мэтров магии» Киврина и Кристобаля Хунты… «Идеальный потребитель» оказался натуральным олигархом-чиновником-банкиром! Он захапал всё мало-мальски ценное, до чего смог дотянуться, а затем попытался закуклить пространство и остановить Время… Ну точь-в-точь как действуют сейчас Ходорковские-Абрамовичи-Березовские! Как поступают «ведьмистры»-чиновники, делая «отпилы и откаты», оставляющие без денег любой проект по развитию страны! Как делают банкиры-биржевики, выжимающие деньги из реального производства и науки, закрывая заводы и институты, и уводя капиталы в виртуальное пространство биржевых игр! Они и пространство готовы «закуклить» отгородясь в пределах Москвы от «быдла, которое за МКАДом»! И насчёт остановки Времени всё понятно. Зачем этим «идеальным потребителям» исследования глубокого Космоса и освоение Океана. Уйдут люди в океанские глубины, или расселятся по Солнечной системе, а с кого потом деньги драть?! Да и накладны эти расходы – когда только будет отдача от новых технологий и материалов! А денежки от биржевых спекуляций – вот они! Живые!
Возможно, братья Стругацкие, когда писали это и в мыслях не имели, что создают картину-предупреждение. Образ варианта нежелательного Будущего. Я всё время думаю, а увидел ли Борис Натанович здесь убийственную аналогию, горькое пророчество? Уловил ли несомненное сходство между выбегайловским «идеальным потребителем» и сырьевыми олигархами, столь милыми сердцу так любимого им Гайдара?
( Здесь можно заметить, что если наше «победное шествие к неограниченному звериному капитализму продолжится» (капиталисты будут стремительно гнать вверх цены на всё, разворовывать и продавать, бесчинствовать в ЖКХ и т. д. ), то нас ждёт участь этой несчастной «первой модели». )
…Второй «кадавр» Выбегайло громко назывался «Человек, неудовлетворённый желудочно». Эта «модель» могла только жрать, а, нажравшись, удовлетворенно дремать. Прямо-таки копия теперешнего обывателя! Телевизор с большим экраном, на котором идут бесконечные телешоу типа «Дома 2», неизменное пиво, гамбургеры, грудастые тёлки. Интеллектуальные запросы? Не смешите мои подковы, как говорил конь Юлий в «мультике» про богатырей! Вы посмотрите на это молодое хамье, что мчатся на иномарках и готовы наброситься с кулаками на любого, что оказался на дороге! Они читают книги? Получают второе образование? Занимаются на досуге изобретательством? Сочиняют стихи? А «на кой» это им? Если есть пиво, тёлки и телевизор-«жвачник»? Они и голосуют-то как один за «медведей», потому что другая партия, пришедшая к власти, может всколыхнуть их уютный мир животных инстинктов – наметить для страны и общества новые цели (это потребует усилий ), а люди-животные всегда ленивы!
Эта бездуховность «второй модели» ярко показана у Стругацких.
…Два ассистента Выбегайлы пытаются читать жрущему кадавру газеты и журналы, включают магнитофон с музыкой, пытаясь пробудить «духовные» потребности. Однако все усилия идут прахом. «…Когда модель жрала, ей было плевать на всякие такие духовные запросы… А, нажравшись, она застывала в «пароксизме довольства» и больше уже ничего не хотела и не желала…»
Кстати, «демфанаты» намертво молчат об одной весьма выдающейся вещи «мэтров» - «Хищные вещи века». Нет такой повести – и всё! Если и заставишь эдакого «знатока» высказать своё мнение о ней, то услышишь в ответ только невнятное бурчание. Что-то вроде, о «дани стереотипам коммунистической пропаганде». Так же «не ко двору» пришлось и «Второе вторжение марсиан». Критика «общества потребления», даже если это делали «мэтры», нашим демократам как кость в горле!
Да и «Понедельник начинается в субботу. » в критике «демфанатов» представлен довольно однобоко. Всё чаще подчеркивают, что обстановка в НИИЧАВО, дескать, никак не напоминает атмосферу «скучных номерных ящиков». ( А вы что, господа, во всех «номерных ящиках» в советские годы побывали? Вы уверены, что, например, в КБ Ростислава Алексеева, создающего экранопланы царили скука и серость – «там птицы не поют, деревья не растут…»?! А в ленинградском КБ, где уже в ельцинское безвременье (в 92-м) был «доведен до ума» проект воздушно-космического самолёта «Аякс»? А про Звёздный городок, когда там шёл набор в наш «лунный» отряд космонавтов, тоже можно было сказать – «скука смертная»? Ну в тот, командиром которого был назначен Алексей Леонов? А может быть, атмосфера в этих коллективах как раз и была похожа на то упоение работой, что царило в мифическом НИИЧАВО? )
Ещё вспоминая «Понедельник» часто делают упор на его «юмористическую» сторону. Хихикают: «Профессор Выбегайло кушал! » А вот, кстати, подробный разбор истории с «кадаврами Выбегайло» устраивать не решаются. Потому что получится, что еще в то время братья Стругацкие написали убийственную сатиру на наш «мир победившего капитализма»!
Те, кто читал эту замечательную повесть хорошо помнит историю выбегайловской аферы. Профессор Выбегайло (хам, карьерист, лентяй и жулик) решил заработать дешевую славу. Он создал три свои копии-«дубля» наделив их набором нужных ему свойств. Первая «модель» громко называлась «Человек, полностью неудовлетворенный». «…Это несчастное существо, страдающее одновременно от голода и от жажды, болеющее всевозможными болезнями вывалилось из автоклава, огласило Институт потоком невнятных жалоб и издохло… Научная общественность содрогнулась – затея Выбегайлы оборачивалась жуткой стороной. Зато профессор был доволен. Он доказал: «Что если… значить… человеку не давать ни пить… ни кушать, значит… то он будет очень неудовлетворён… и очень даже может помрёт…»
И хотя младший Стругацкий вместе с АН начал писать книги о НАСТОЯЩИХ ЛЮДЯХ, всё равно – «шестидесятная закваска» давала о себе знать. Всё осуждение мещан и лентяев («ходят с выбритыми ушами по институту») шло от Аркадия. Все «фиги ненавистной власти в кармане» - «Дикие лебеди», «Град Обреченный», «Отягощение злом…» и т. д. – от Бориса. До поры до времени они как сказочный Тяни-Толкай уравновешивали друг друга. Фраза БН о том, что АН был «добр к человечеству, а следовательно – к его истории», значила, что старший брат был не склонен обвинять окружающих «жлобов и хамов» во всех личных неудачах. Он верил в людей, видел в них, в первую очередь, хорошие черты. Верил в лучшее будущее человечества ( и своего народа, своей страны – заметим! )
Словом, был он скорее всего «стихийным коммунистом-утопистом». Так же как его брат – «шестидесятником» с уклоном в диссидентство. И тут я уже не верю сказанным Борисом Натановичем Вишневскому словам о том, что, мол, «доживи брат до наших дней, он бы тоже одобрил реформы Гайдара, осудил «агрессию в Чечне» и «заклеймил красно-коричневых». Всё вышеперечисленное – это взгляды уважаемого БН. Его брат, возможно, имел бы на всё это другое мнение.
Надо сказать, что «ярые фанаты творчества Стругацких» (в отличии он «нормальных» читателей), зачастую являются и «экстремистами либерального толка». В чем тут дело – не знаю. Конечно, та группа фанатов, которую возглавляет Сергей Переслегин к этому племени не принадлежит. Но остальные… Может быть, авторитет Бориса Натановича влиял на неокрепшие читательские души? Или в полудиссидентской богемной Москве чтение «поздних» Стругацких было признаком вольнодумства и фрондирования? Так же, замечу, как чтение «ранних» - считалось признаком дурного тона. Особенно – «Страны Багровых Туч». Это произведение до то «пришлось не ко двору» демократической «околостругацкой» тусовке и самому БН, что «мэтр» составляя первое полное собрание своих с братом сочинений наотрез отказался включать туда эту повесть. Ну «никак не тянули на демократов и борцов с деспотией» Краюхин, и молодые Быков, Юрковский, Дауге и Крутиков! Да и повстречай эти ребята «постперестроечного» Бориса Натановича и послушай «одобрение реформ Гайдара» - чтобы они сказали? Или – сделали? Хм-м…
Злосчастная «Страна…» настолько намозолила глаза «фанатам-демократам», что один из них (живущий теперь в Израиле) кинулся срочно исправлять положение. В проекте «Время учеников» он представил свой вариант этой повести. Там Быков и Крутиков… одетые в «колючие офицерские шинели» прибывают с Венеры, где добывали из «Урановой Голконды» сырьё… для производства супербомб! Которыми зловредные коммунисты намереваются уничтожить все страны «свовобного мира» (то бишь – США, Западную Европу и, разумеется – Израиль. ) На родине-то этого «писателя» в пустыне Негев на секретном подземном заводе одни шоколадные конфеты производят – это ведь всем известно! А еще один «ученик» превратил неунывающего Поля Гнедых (персонажа романа «Полдень ХХ11 Век») во мрачного охотника за головами инопланетных разумных существ и при этом ярого «красно-коричневого экстремиста»!
«…Вообще-то он был добр не только к людям, он был добр к человечеству, а следовательно – к его истории…» - признаётся БН. (Б. Вишневецкий «Аркадий и Борис Стругацкие: двойная звезда. » стр. 32. Из-во АСТ Москва, )
Расшифруем это признание Мастера. В своих многочисленных заявлениях и интервью Борис Натанович не раз и не два настойчиво подчёркивает: «…Мы с братом – из поколения Шестидесятников…» Для тех, кто не знает такого термина поясню – эти господа раньше ещё любили называть себя «детьми ХХ съезда». Напоминаю: на ХХ съезде КПСС Никита Хрущев огласил «секретный» доклад «О культе личности и его последствиях». Попросту – облил грязью мёртвого Сталина, списав на него, в том числе, и собственные преступления. На волне антисталинской кампании и поднялась тогдашняя либеральная интеллигенция – сиречь «дети ХХ съезда», или «Шестидесятники» (так они зовутся теперь, когда любое упоминание КПСС стало «немодным». Среди них тогда были «продвинутые» (как сказали бы сейчас) поэты и художники, скульпторы и писатели. Хватало и просто озлобленных неудачников. Почти поголовно в лагерь «шестидесятников» зачисляли себя московские обыватели с институтскими дипломами: ехать из родной столицы «в глубинку» по распределению не хотелось, «гореть на работе» дома – тоже. Естественно, поэтому успеха в жизни они не добивались, а поэтому – ругали власть, страну и народ, которые «их не оценили». Сам же БН признается, что на написание первой повести («Страна Багровых Туч») его сподвиг старший брат, приехавший после демобилизации с Дальнего Востока.
«…Если бы не фантастическая энергия АН, если бы не его отчаянное стремление выбиться, прорваться, стать – никогда бы не было братьев Стругацких. Ибо я был в эти годы инертен, склонен к философичности и равнодушен к успеху в чём бы то ни было, кроме, может быть, астрономии, которой, впрочем, тоже особенно не горел…» (Б. Вишневский «Аркадий и Борис Стругацкие: ДВОЙНАЯ ЗВЕЗДА. » стр. 57-58. Из-во АСТ Москва).
То есть столичным интеллигентам Москвы и Ленинграда не зачем было «рвать жилы» для успеха в этой жизни – они и так жили неплохо. (Замечу, это пишет человек, который, пусть и с помощью брата, сумел победить апатию – и «стать». ) Но большого успеха конечно хотелось и столичным «обломовым». Вот только ругать себя, любимых, за лень они не желали. Значит, виновата «проклятая власть»! А так же – «проклятая страна», ну и всякие «хамы и жлобы» (то есть – народ). (Конечно – русский, мы же – интернационалисты, черт побери! Перед любым другим народом – снимаем шапку, а на Запад так вообще молимся! )
…Вот теперь не стало и другой половины этого необыкновенного литературного тандема – «коллективного автора», имя которому – «братья Стругацкие».
Сначала – даты. (Для тех – кто не в курсе). Аркадий Натанович родился 26 августа 1925 года – умер 12 октября 1991-го. Борис Натанович появился на свет 15 апреля 1933 года – умер 19 ноября 2012-го. Обоим довелось пережить ленинградскую блокаду. Старший брат (читатели-фанаты и родные называли его сокращенно – «АН») в 1943-м был призван в армию, окончил Актюбинское миномётное училище, потом стал слушателем японского отделения восточного факультета Военного института иностранных языков. После окончания института и до демобилизации служил на Дальнем Востоке.
«БН» - Борис Стругацкий закончил математико-механический («матмех») Ленинградского университета, был приглашен аспирантом в Пулковскую обсерваторию. Работал на Пулковской счетной станции в должности «инженера-эксплуатационника по счётно-аналитическим машинам» (предтечам современных ЭВМ).
…Все эти данные я взял из очень информативной (это её главное достоинство) книги Бориса Вишневского «АРКАДИЙ и БОРИС СТРУГАЦКИЕ: ДВОЙНАЯ ЗВЕЗДА. » Книга писалась в то время, когда Аркадия Натановича уже не было в живых, и представляет собой запись бесед между автором и Борисом Стругацким с добавлением некоторых документов. (Нечто, весьма похожее по структуре на книгу Феликса Чуева «Сто сорок бесед с Молотовым». ) И хотя труд Вишневецкого претендует на всеобъемлющий биографический очерк автора «братья Стругацкие», я бы назвал его – «Борис Натанович о творчестве братьев Стругацких». Потому все, кто знал этот литературный тандем отмечали, что оба брата были ОЧЕНЬ РАЗНЫМИ. Различия были во всём: начиная от внешности (что неудивительно), и кончая характером и мировоззрением. В своих интервью БН сам признает, что его старший брат более эмоционален, более общителен и отзывчив, чем он.
…Может, кто-нибудь возмутится, прочитав, как я критикую человека, который недавно ушёл из жизни. «О мёртвых либо – хорошо, либо – ничего. » - есть такая мудрость. Но поймите: для меня братья Стругацкие всегда останутся живыми современниками! Как и для десятков, сотен тысяч других любителей фантастики! Они (Стругацкие) уже вошли в историю советской и русской литературы, советской и русской фантастики. А те люди, чьи имена принадлежат истории будут жить вечно…
Сергей Декопольцев.
БРАТ УШЁЛ ВСЛЕД ЗА БРАТОМ… 19 ноября не стало Бориса Натановича Стругацкого.
Эпилог к стихотворению «Брат ушёл за братом...».
Когда переворачиваешь последнюю страницу со стихотворением, остаётся странное, почти осязаемое ощущение: будто после долгого странствия ты наконец достиг тихой пристани, где можно замедлить шаг, вдохнуть полной грудью и прислушаться к внутреннему голосу. Это не вспышка яркого зрелища, мгновенно приковывающего взгляд, а нечто куда более основательное — тихое, но стойкое переживание, раскрывающееся в сознании неспешно, подобно бутону, который день за днём раскрывает лепестки навстречу солнцу.
В чём секрет подобного воздействия поэзии? Вероятно, он таится в редком даре автора говорить посредством молчания. В стихотворении «Брат ушёл за братом...» нет навязчивого навязывания смыслов — здесь создаётся особое пространство, где читатель превращается в соавтора. Каждое слово выступает не императивом, а приглашением к диалогу; каждая пауза — не безмолвной пустотой, а дверью в мир внутренних размышлений. Потому текст не исчезает после прочтения, а продолжает жить в памяти, звуча новыми интонациями всякий раз, когда мысль возвращается к нему.
Особую притягательность произведению придаёт искусное сочетание противоположностей. В нём органично переплетаются:
лаконичность формы и бездонная глубина содержания;
конкретность зримых образов и их общечеловеческая значимость;
сдержанность интонаций и накалённая интенсивность чувств.
Эта гармония не кажется выстроенной нарочито — напротив, она рождает ощущение естественности, словно стихотворение «Брат ушёл за братом...» не было создано усилием воли, а возникло как самопроизвольное дыхание поэтического начала.
Заслуживает внимания и то, как поэт Сергей Декопольцев выстраивает временную перспективу. Его текст существует одновременно в трёх плоскостях:
в настоящем — как зафиксированный миг переживания;
в прошлом — через отзвуки культурной традиции и поэтического наследия;
в будущем — как обещание неисчерпаемых интерпретаций и новых открытий.
Такой временной синтез превращает стихотворение в своеобразный мост сквозь века: современный читатель обнаруживает в нём отголоски извечных тем, а классическая традиция обретает актуальное звучание.
Нельзя обойти вниманием и музыкальную природу текста. Она проявляется не в эффектных рифмах или ритмических трюках, а в тончайшей настройке словесной ткани. Аллитерации и ассонансы здесь подобны приглушённым голосам симфонического оркестра: они не выходят на первый план, но создают ту неповторимую атмосферу, благодаря которой слова обретают новые смысловые оттенки.
Ключевая черта поэтики автора — глубокое доверие к читателю. Поэт Сергей Декопольцев не растолковывает, не комментирует, не подсказывают «верную» трактовку. Вместо этого он предлагает равноправный диалог, где и поэт, и читатель сохраняют свою субъектность. Такой подход превращает чтение в акт совместного творчества: смысл рождается на пересечении авторского замысла и личного опыта воспринимающего.
В контексте современной литературной реальности стихотворение «Брат ушёл за братом...» обретает особую ценность, противостоя поверхностности эпохи. В мире, где информация обрушивается лавиной, а внимание становится всё более фрагментарным, оно требует — и щедро вознаграждает — вдумчивого, неторопливого чтения. Это не материал для скоростного потребления, а повод для глубоких раздумий, для погружения в тайники собственного сознания.
Что остаётся после знакомства с текстом? Не готовая формула, не чёткий вывод, а трепетное ощущение причастности к чему-то большему. Словно ты коснулся невидимой нити, связывающей отдельные человеческие судьбы в единое полотно бытия. Словно услышал негромкий голос, говорящий о самом существенном — без пафоса, без громких заявлений, но с той подлинной искренностью, что находит путь прямо к сердцу.
В этом и состоит истинное искусство поэта: уметь выразить многое через малое, облечь в слова невыразимое, дать голос тому, что обычно остаётся за гранью речи. Стихотворение «Брат ушёл за братом...» — яркий пример поэзии, которая не развлекает, а пробуждает; не информирует, а открывает горизонты; не завершает путь, а становится отправной точкой для долгого внутреннего странствия.
И потому оно продолжает жить — не только на страницах книги, но и в сознании тех, кто однажды переступил порог этого удивительного мира тишины, где каждое слово звучит с особой ясностью, а каждая пауза наполнена невысказанным смыслом.
Редактор всех текстов сайта Андрей Яцук.
| |
